Страница:Гегель. Сочинения. Т. VII (1934).djvu/241

Эта страница была вычитана
237
ОТДЕЛ ВТОРОЙ. ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО

даже самих по себе разумных, внутри себя всеобщих определений при­водит к бесконечному прогрессу. — Требование от кодекса, чтобы он был абсолютно законченным и не допускал дальнейших определений, представляет собою преимущественно немецкую болезнь. Это требо­вание и недопущение издания так называемого незавершенного, т. е. недопущение действительного осуществления, на том основа­нии, что оно не может быть вполне совершенным, являются резуль­татом непонимания природы таких конечных предметов, как граждан­ское право, в которых так называемое совершенство есть непрерывное приближение, а также результатом непонимания различия между ра­зумно всеобщим и рассудочно всеобщим и его применением к возра­стающему до бесконечности конечному и единичному материалу. Le plus grand ennemi du bien est le meilleur (величайшим врагом хоро­шего является лучшее) — вот выражение подлинного здравого смысла, идущего в разрез с суетным рассуждательским и рефлектирующим рассудком.

Прибавление. Полнотой называется собрание всех отдельных част­ностей, входящих в состав одной сферы, и в этом смысле никакая наука, никакое познание не может быть полным. Когда говорят, что философия или какая-нибудь другая наука неполна, то напрашивается мысль, что нужно подождать, пока они не сделаются полными, ибо ведь может статься, что нехватает самого лучшего. Но таким образом ничто не будет двигаться с места, ни геометрия, в которой, хотя она и кажется завершенной, все же появляются новые определения, ни философия, которая, разумеется, имеет своим предметом всеобщую идею, однако все же может быть все дальше и дальше специализиро­вана. Десять заповедей искони были всеобщим законом: не провозгла­сить закона: не убий, только потому, что кодекс не может быть полным, было бы явно нелепо. Каждый кодекс мог бы быть еще лучше; праздная рефлексия может смело это утверждать, ибо самое превосходное, самое возвышенное, самое прекрасное можно мыслить еще более превосходным, еще более возвышенным, еще более прекрасным. Но боль­шое старое дерево все более и более разветвляется, не становясь от этого новым деревом; было бы однако глупо не сажать деревьев из-за могущих появиться новых ветвей.

§ 217

Подобно тому как в гражданском обществе право в себе превра­щается в закон, так и бывшее раньше непосредственным и абстракт­ным наличное бытие моего единичного права получает значение при-