Страница:Гегель. Сочинения. Т. VII (1934).djvu/187

Эта страница была вычитана
183
НРАВСТВЕННОСТЬ

от него стихии; это — отношение, которое непосредственно еще более тожественно, чем даже вера и доверие.

Примечание. Вера и доверие представляют собою проявления на­чинающейся рефлексии и предполагают наличие представления и раз­личия; было бы, например, не одно и то же верить в языческую рели­гию и быть язычником. То отношение или, скорее, лишенное отноше­ния тожество, в котором нравственное есть действительная жизнен­ность самосознания, может, правда, перейти в отношение веры и убе­ждения и в некое опосредствование дальнейшей рефлексией, в усмо­трение посредством оснований, которые могут брать своим отправным пунктом также и какие-нибудь особенные цели, интересы и сообра­жения, страх и надежду или исторические предпосылки. Однако адэкватное познание их есть дело мыслящего понятия.

§ 148

В качестве этих субстанциальных определений законы и силы нрав­ственной субстанции существуют для индивидуума, который отличает себя от них как субъективное и внутри себя неопределенное или, другими словами, как особенно определенное; он, следовательно, отно­сится к ним как к своему субстанциальному; они суть обязанности, связывающие его волю.

Примечание, Этическим учением об обязанностях, т. е. таким учением, каким оно объективно есть, а не таким, каковым оно якобы содержится в пустом принципе моральной субъективности, который скорее ничего не определяет (§ 134), — является поэтому следующее в этой третьей части систематическое развитие круга нравственной необходимости. Отличие этого изложения от формы учения об обязан­ностях заключается лишь в том, что в последующем изложении нрав­ственные определения получаются как необходимые отношения, а затем изложение на этом останавливается и не прибавляет к каждому из определений заключительного предложения: итак, это определение есть для человека обязанность. — Учение об обязанностях, поскольку оно не есть философская паука, заимствует свой материал из отношений, уже имеющихся налицо, и показывает его связь с собственными пред­ставлениями, с преднаходимыми, в качестве всеобщих, основополо­жениями и мыслями, целями, влечениями, ощущениями и т. п., и мо­жет к этому прибавлять в качестве оснований дальнейшие следствия каждой обязанности в соотношении с другими нравственными отно­шениями, равно как и в соотношении с благом и мнением. Но имма-