Страница:География Страбона в семнадцати книгах (пер. Мищенко, 1879).pdf/58: различия между версиями

Нет описания правки
 
Тело страницы (будет включаться):Тело страницы (будет включаться):
Строка 9: Строка 9:
   
 
«Которому много наказывал Атрид, отправляясь к Трое, хранить супругу»<ref>Одис. III, 267</ref>. Также онъ говорить, что Эгисф овладел ею не прежде чем «отвезши певца на пустынный остров, там покинул; тогда имея такое же желание, как Клитемнестра, онъ увёл её в свой дом»<ref>Одис. III, 270</ref>.
 
«Которому много наказывал Атрид, отправляясь к Трое, хранить супругу»<ref>Одис. III, 267</ref>. Также онъ говорить, что Эгисф овладел ею не прежде чем «отвезши певца на пустынный остров, там покинул; тогда имея такое же желание, как Клитемнестра, онъ увёл её в свой дом»<ref>Одис. III, 270</ref>.
 
   
 
И помимо этого Эратосфен противоречит сам себе. Немного прежде чем высказать свое мнение, он], начиная «Трактат гeoгpaфии», yтвepждает, что с самых отдалённых времен всё люди имели желание сообщить публике свои сведения по этой науке (Географии). Так Гомер, по его словам, внёс в свою поэму то, что он знал об Эфиопахь, а также о жителях Египта и Либии; относительно Эллады и соседних стран он приводил даже слишком многие подробности, называя Фисбу ''обильною голубями''<ref>Илиад. II, 502</ref>, «Галиатр — ''богатым травою''»<ref>Ил. II, 503</ref>, Анфедон, ''лежащим на краю''<ref>Ил. II, 508</ref>, Лилею у ''источников Кефиса''<ref>Ил. II, 523</ref>, не опуская вообще никакого хотя бы не-важного эпитета. Поступая таким образом, поэт представляется развлекающим или поучающим? По нашему убеждению поучающим; так говорил об этом и Эратосфен. Но возражают на это: то, что лежит за пределами наших чувств, как Гомер, так и прочие писатели наполнили баснословными рассказами о чудесах. Поэтому не нужно ли было скорее так сказать: что всякий поэт излагает одно ради забавы, другое для поучения? Между тем Эратосфен внёс в свое сочинение, что всё ради забавы и ничего для наставления. К этому он присоединяет вопрос для подтверждения своей мысли: что прибавляется к достоинству поэта тем, что он знает многие местности, военное искусство, земледелие, риторику и другие предметы, знание которых желали некоторые приписать Гомеру? Старание наделит поэта всеми знаниями обыкновенно исходит от ошибочного усердия; наделять
 
И помимо этого Эратосфен противоречит сам себе. Немного прежде чем высказать свое мнение, он], начиная «Трактат гeoгpaфии», yтвepждает, что с самых отдалённых времен всё люди имели желание сообщить публике свои сведения по этой науке (Географии). Так Гомер, по его словам, внёс в свою поэму то, что он знал об Эфиопахь, а также о жителях Египта и Либии; относительно Эллады и соседних стран он приводил даже слишком многие подробности, называя Фисбу ''обильною голубями''<ref>Илиад. II, 502</ref>, «Галиатр — ''богатым травою''»<ref>Ил. II, 503</ref>, Анфедон, ''лежащим на краю''<ref>Ил. II, 508</ref>, Лилею у ''источников Кефиса''<ref>Ил. II, 523</ref>, не опуская вообще никакого хотя бы не-важного эпитета. Поступая таким образом, поэт представляется развлекающим или поучающим? По нашему убеждению поучающим; так говорил об этом и Эратосфен. Но возражают на это: то, что лежит за пределами наших чувств, как Гомер, так и прочие писатели наполнили баснословными рассказами о чудесах. Поэтому не нужно ли было скорее так сказать: что всякий поэт излагает одно ради забавы, другое для поучения? Между тем Эратосфен внёс в свое сочинение, что всё ради забавы и ничего для наставления. К этому он присоединяет вопрос для подтверждения своей мысли: что прибавляется к достоинству поэта тем, что он знает многие местности, военное искусство, земледелие, риторику и другие предметы, знание которых желали некоторые приписать Гомеру? Старание наделит поэта всеми знаниями обыкновенно исходит от ошибочного усердия; наделять