На восемьдесят ересей Панарий, или Ковчег (Епифаний)/27

На восемьдесят ересей Панарий, или Ковчег (Епифаний Кипрский)
25. О карпократианах
Оригинал: древнегреческий. — Источник: На восемьдесят ересей Панарий, или Ковчег // Творения святаго Епифания Кипрскаго. Часть первая. — М.: Типография В. Готье, 1863. — С. 179—191. — (Творения святых отцев, в русском переводе, издаваемые при Московской Духовной Академии, том 42).

О карпократианах,
седьмой или двадцать седьмой ереси

Гл. 1. Неким иным делается Карпократ, составив себе лжеименным своим разумом непозволительное учение; и соделавшийся по нравам всех худшим. Из всех сих учений: Симонова, Менандрова, Саторнилова, Василидова, Николаева, из учения самого Карпократа, еще и Валентина, родилась ересь лжеименного ведения, которая последователей своих наименовала гностиками; и сии-то гностики-знающие, в действительности же осужденники (ϰαταγνωστιϰοὶ), мною уже описаны.

Гл. 2. Карпократ же, намереваясь преподать одинаковое с другими учение, утверждает еще, что горе одно начало, Отец всяческих, недоведомый и не именуемый, мир же, и что в мире, приведены в бытие Ангелами, которые много ниже недоведомого Отца. Они, по словам Карпократа, стали отступниками от горней силы, и тогда уже сотворили мир. А о Господе нашем говорит, что Иисус родился от Иосифа, как и все люди родятся от семени мужа и жены; подобен Он всем, отличен же жизнью, целомудрием, добродетелью, и праведностью жития. Но поелику, Карпократ говорит, имел душу в сравнении с душами других людей сильную, и помнил виденное ею горе, когда носился окрест недоведомого Отца: то Самим Отцом, продолжает Карпократ, посланы в душу Его силы, чтобы, вспомнив виденное ею и укрепившись, бежала мироздателей Ангелов, удалившись от всех в мире вещей, и от всех деяний совершаемых людьми, в тайне нелепых и непозволительных дел, и чтобы, став свободною во всех поступках, сама душа Иисусова вошла к Самому недоведомому Отцу, для того и пославшему в нее силы свыше, чтобы во всех поступках отдалившись и освободившись, вошла к Нему горе, и не сама только вошла, но возвела и подобные ей души, одно с нею возлюбившие и таким же образом ставшие свободными, чтобы воспарить к недоведомому Отцу, и по совершении всех дел, подобно ей, избавившись от всего, прийти наконец в полную свободу. Но душа Иисусова, воспитанная по иудейским обычаям, презирала Ангелов, и за сие прияла силы, с помощью которых пришедши в состояние перенести страдания, возлагаемые на людей в наказание, возмогла превзойти мироздателей. Не только же сама душа Иисусова возмогла это, но и всякая отдалившаяся делами в состоянии превзойти сих Ангелов—мироздателей, если только приимет силы и совершит, как сказал я прежде, подобное совершенному Иисусом. Почему, пришедши в великое кичение, обольщенные этим обманщиком[1], почитают себя превосходящими и Самого Иисуса. Другие же из них говорят о себе, что они выше не Иисуса, но Петра, Андрея, Павла и прочих апостолов, по преизбытку ведения, и по превосходству прохождения разных путей жизни. Иные же из них говорят, что ничем не отличны они от Господа нашего Иисуса Христа; потому что души — того же полета окрест, и подобно Иисусу оказали пренебрежение ко всему. И все души, говорят сии еретики, удостоены той же силы какой удостоена и душа Иисусова, почему при каждом действии преуспевают, по словам их, в том же, в чем, конечно, преуспела душа Иисусова. Но если кто возможет еще пренебречь паче Иисуса, то будет превосходнее Его.

Гл. 3. Последователи этого недозволенного учения покушаются на предприятия всякого рода страшных и пагубных дел. Ибо вымышлена ими магия; изобрели они разные очарования, как средства для всякого обмана, для привлечения в любовь и для обольщения. А сверх этого привлекают к себе всегдашних помощников бесов, чтобы при помощи чародейства, говорят они, с великою властью господствовать во всем, где только пожелает каждый, и осмелится испытать сие делом, конечно, обманывая себя самих до удостоверения ослепленного их разумения, что таковые покушения, укрепившиеся многими действиями, и доказавшие пренебрежение к мироздателям Ангелам и ко всему, что в мире, превосходят власть сих баснотворцев (не скажу миротворцев), чтобы возлюбить им горнюю свободу, и приобрести полет горе. Но они уготованы сатаною и выставлены на показ в укоризну и соблазн церкви Божией. Они присвоили себе именование христиан, и соблазняются ими языческие народы, отвращаются пособий, доставляемых святой Божией церковью, и истинной проповеди, по причине их беззакония и невообразимого злонравия, и язычники, примечая у них, у одного за другим, дела их бесчиний, и думая, что таковы и принадлежащие к святой Божией церкви, отвращают слух, как выше сказал я, от учения по истине Божия, или, смотря на иных, хулят равно всех, и поэтому-то большая часть язычников, где только увидят таковых, не имеют с нами общения, не делятся ни вещью, ни советом, не слушают вместе слова Божия, заграждают от нас слух, ужасаясь нечестия их непозволительных дел.

Гл. 4. Еретики сии ведут развратную жизнь, во всем, что ни делают, домогаются телесного наслаждения, с нами вовсе не сближаются, разве только, чтобы души слабых уловить в мерзкое свое учение. Ибо ни в чем с нами не сходствуют, гордятся только занятым у нас именем, чтобы под прикрытием сего имени предаваться порочным делам своим. Но суд им отмститель, по написанному, как сказал святой апостол Павел (Римл. 13, 4.): потому что за худые дела их воздано будет им воздаяние. Ибо без страха умом своим дошедши до неистовства, страстно предались тьмачисленным удовольствиям. Говорят: что у людей почитается худым, то не худо, но прекрасно по природе. Ибо по природе ничто не худо, у людей же только почитается негодным. И если кто в одну эту настоящую жизнь сделает все сие, то душа его не переселяется в другое тело, чтобы опять вступить в здешнюю жизнь, но за один раз совершив все, что надлежало сделать, избавляется от сего, освободившись и не будучи более обязанною к какому либо деянию в мире. Боюсь же опять сказать, какое это деяние, чтобы не открыть потока, заключающего в себе что-то подобное грязи, и не подать иным мысли, что произвожу обилие заразительного смрада. Впрочем, поелику истина побуждает меня открыть, что бывает с обманутыми, то принужу себя и сказать это благоприличнее, и не отступить от истины, что же иное делают они, как не всякую мерзость, не всякое непозволительное дело, которого не позволяется даже произносить устами, что иное, как не срамные всякого вида сообщения с мужами, как не сладострастное обращение с женами, совершаемое каждым телесным членом при помощи волшебства, отравы, идолослужения? И это называют делами должного исполнения телесных обязанностей, по котором душа не будет более призываема, и не потребуется от нее какого либо деяния, и не будет для этого по освобождении отсюда возвращаема, и снова подвергаться вхождению и перелиянию в тела.

Гл. 5. Таковы их сочинения, что разумный читатель удивляется, приходит в изумление, и не верит, чтобы могло быть сделано это людьми живущими, не только подобно нам в городе, но и со зверями, и даже подобно зверям и скотам, и так осмеливающимися поступать, как свойственно псам и свиньям. Ибо говорят: непременно должно все это показать на деле, чтобы иначе души, переселившиеся отсюда и не сделавшие какого-либо дела, по сему самому не возвратились опять в тела сделать то, чего ими не сделано. И сие же, говорят, Иисус в Евангелии выразил притчею: буди увещаваяся с соперником твоим, до́ндеже еси на пути с ним, и приложи старание освободиться от него, да не предаст тебе соперник судии, и судия слузе и слуга ввергнет тебя в темницу. Аминь аминь глаголю тебе: не изыдеши оттуду, до́ндеже воздаси последний кодрант (Мат. 5, 25. 26.). В объяснение же этой притчи слагают они некоторую басню, и говорят, что соперник этот есть один из Ангелов, сотворивших мир, на это самое и назначенный, чтобы отводить к Судье души, которые исходят здесь из тел, а там по обличении, что не все дело ими сделано, предаются князем слуге. А слуга есть Ангел, служащий Судье Мироздателю тем, что относит души назад и вливает в разные тела. Соперник же сей, о котором Господь, по сказанному нами, упомянул в Евангелии, и которого признают они одним из ангелов мироздателей, имеет имя: Аволос[2], потому что и темница, по словам их, есть тело, и последним кодрантом желательно им признавать переселение из одного тела в другое; потому что душа при каждом появлении в теле должна сделать все до последнего дела, чтобы уже не оставалось несделанным ею что-либо беззаконное. Ибо душа должна, как говорят они, и как сказали мы прежде, все пройдя, по порядку сделав и освободившись, взойти к Недоведомому горе, и мироздателей и мироздателя оставив ниже себя. Говорят же еще, что души, хотя в продолжение одного переселения, должны, исполнив все и наконец освободившись, отходить горе; а если не исполнят в продолжение одного, то, во время каждого переселения совершая сколько-нибудь каждого непозволительного дела, наконец освободятся; но еще утверждают: говорить о сем предоставляем достойным, чтобы они делали что, по-видимому, худо, а в естестве своем не худо, и дознав это освобождались. Последователи Карпократа раскаленным железом, или употребляя в дело сухую присыпку, или иглу, у обольщенных ими делают клеймо на правой мочке уха.

Гл. 6. К нам пришла уже обольщенная сими еретиками некая Маркеллина, и многих совратила во времена Аникиты, бывшего епископом в Риме, по преемству после Пия и старейших. Ибо первые апостолы Петр и Павел сами были в Риме и епископами; потом Лин, потом Клит, потом Климент, современник Петру и Павлу, о котором упоминает Павел в послании к Римлянам. И никто да не дивится, что прежде него другие были преемниками апостолов в епископстве, когда и Климент был современен Петру и Павлу, потому что и он делается епископом современным апостолам. Посему в епископство ли еще апостолов от Петра приемлет рукоположение на епископство, и, отказавшись, остается на покое (ибо в одном из своих посланий говорит: «удаляюсь, отхожу, да стоит народ Божий», — такой совет дает некоторым, ибо находим предложенным это в некоторых пояснениях), или же при преемниках, апостольских поставляется он епископом Клитом, не знаем этого с совершенною ясностью. Но впрочем и по тому еще при жизни апостолов, разумею Петра и Павла, могли быть поставляемы другие епископы, что апостолы часто для проповеди Христовой предпринимали путешествие в другие страны, город же Рим не мог оставаться без епископа. Ибо Павел отправляется в Испанию, а Петр нередко посещал Понт и Вифинию. А могло быть, что после того, как поставлен был и отказался Климент (если действительно так было; ибо предполагаю только, а не говорю сего решительно); в последствии, когда скончались Лин и Клит, епископствовавшие каждый до двенадцати лет, по кончине святого Петра и Павла, бывшей в двенадцатом году Нерона, Климент принужден был снова принять епископство. Впрочем преемство епископов в Риме следует в таком порядке: Петр и Павел, Лин и Клит, Климент, Еварест, Александр, Ксист, Телесфор, Еварест, Игин, Пий, Аникита, в списке показанный выше. И никто да не удивляется, почему с такою точностью перечисляю каждого; ибо посредством сего дело всегда приводится в ясность. Итак во времена Аникиты, как сказали мы, поименованная выше Маркеллина, быв в Риме, и изрыгнув вредоносное Карпократово учение, многих из тамошних совратив с пути погубила. И отсюда произошло начало так называемых гностиков. У сих еретиков есть иконы, писанные красками, а иные из золота, серебра и прочих веществ, о которых говорят, что это снимки с Иисуса и сии снимки сделаны Понтием Пилатом с Самого Иисуса, когда пребывал Он в роде человеческом. Но в тайне содержат таковые иконы, а также и некоторых философов: Пифагора, Платона, Аристотеля, и прочих, с сими философами помещают и другие изображения Иисуса, и поставив покланяются им, и совершают пред ними языческие таинства. Ибо, поставив сии иконы, выполняют уже языческие обычаи. А у язычников какие обычаи, не жертвы ли и прочее? Спасется же, по словам их, одна только душа, а не и тело.

Гл. 7. Поэтому со всею силою должно опровергать их. Никто да не пренебрегает учением, и особливо учением обманщика. Но скажет иной: учение сие не понятно ли с первого взгляда и не исполнено ли глупостей? Но иногда и глупое неразумных убеждает, а смышлёных совращает с пути, если не найдется ума, упражнявшегося в исследовании истины. Итак поелику и Карпократ впал в магию Симона и прочих; то тем же будем опровергать и его. Ибо если неведомая и не именуемая сила стала причиною других ангелов; то или ей, то есть Отцу всяческих, приписать должно неведение, если не знал Он, что будут делать созданные Им Ангелы, не уведав, что отступят от Него и сделают, чего не хотел Он; или создал их, зная, что сделают неугодное Ему; и когда сие сделано, по причине ведения и согласия, сам будет признаваем сделавшим то, на что они отважились. Посему, если, как сказал я, прежде знал, что сделают, чего не хотел, чтоб сие было сделано: то по какой причине создал сделавших, чтобы сделали неугодное Ему? Если сотворил он Ангелов, чтобы сделали, что ими и сделано; то значит, желал, чтобы это сделано было. Почему и предуготовил сделавших сие Ангелов. И если предуготовил чтобы сделали, запрещает же, что ими делается; то будет в сем несправедливая притязательность. Если попускает им делать, и угодно Ему производимое ими, то есть, людей и души присваивает опять Себе, вопреки их хотению: то будет в сем не иное что, как любостяжательность, потому что люди у Ангелов против воли сих похищаются Горним. Но будет и слабость, потому что кто не мог сделать сам собою, тот похищает произведенное от него происшедшими. Наконец будет в этом нечто похожее на басню и сумасбродство, потому что, хотя дольние силы подчинены средним, но средние, будучи виновниками дольних, наказываются, а дольние, разумею души в здешней твари, став выше средних, спасаются и освобождаются пред Горним. Но Горний, почитаемый бессильным, не в состоянии будет сотворить то, что в силах сотворить созданные Им, и чего Сам Он не хотел и не мог. Ибо чего сильно Он желает, то не могло быть для Него злом, и произойти от злых. А если было то зло, надлежало сему погибнуть. Если же вообще какая либо часть дела спасается, то дело уже не дурно, хотя и часть только оного окажется спасаемою; не худы и сделавшие, как произведшие спасаемое. А если душа всецело сотворена Ангелами, и приведенная в бытие приемлет силу свыше, то значит, в большей мере улучать спасение Ангелы, потому что спасается душа сотворенная ими, хотя они и худы. Но если спасается душа, то не худы уже и самая душа, сотворенная Ангелами, и Ангелы, от которых душа имеет бытие.

Гл. 8. Всякому, имеющему здравый ум, должно знать, что все это — шутовская рабочая бессмыслия. Но вскоре постыжены они будут собственными их словами. Ибо если Иисус не от Девы Марии, а от семени Иосифа, и от сей же Марии, и Он спасается; то, значит, спасутся и сами родившие Его. И если Мария и Иосиф имеют бытие от Демиурга, и, значит, Демиурга признавали творцом, то не будет уже в недостатке сотворивший Иосифа и Марию, от которых родился Иисус, сущий от горнего недоведомого Отца. А если и Сам Иисус от Ангелов, и Демиург есть один из Ангелов; то все впадут в одну нелепость, в какую впали и Ангелы; и несостоятельно будет произведение их, исполненное отравы, и пресыщенное всяким ядоносным учением. Но мы, обратив его в бегство, и как главу змия древом веры и истины низложив на землю, приступим к другим зверообразным учениям, и продолжим путь свой на гибель сим и подобным ересям.


  1. Еретики, обольщенные Карпократом.
  2. По венецианскому списку читается: диавол, и это чтение, вероятно, правильнее, как это видно S. Iren. contra haeres. 1, 25, 4.