Медиумизм Елизаветы Дмитриевны Прибытковой/ДО/Излечение

Излеченіе.

13-го мая былъ назначенъ нашъ переѣздъ на дачу. Наканунѣ вечеромъ пріѣхалъ къ намъ Н. П. Вагнеръ и Н. Д. Красильниковъ. Жена продолжала ходить съ помощью палки и здоровье ее нисколько не улучшилось. Около 10-ти часовъ начались стуки въ полу. Вскорѣ пятью ударами потребовали азбуку и было сказано: «Устройте сеансъ.» Предложеніе это, при болѣзненномъ состояніи медіума, казалось настолько безразсуднымъ, что мы не допускали ни малѣйшей возможности исполнить его. Стуки продолжались. Находясь подъ впечатлѣніемъ вреда, нанесеннаго женѣ предыдущими сеансами, мы очень недоброжелательно относились къ неумѣстному проявленію медіумической силы и перешли въ другую комнату, но стуки послѣдовали за нами. Повторилось нѣсколько разъ требованіе азбуки, тогда сама Е. Д. пожелала сдѣлать вопросъ, зачѣмъ нуженъ сеансъ, и получился отвѣтъ: «Вылечимъ». Не поддаваясь искушенію, мы единогласно рѣшили, что дѣлать опытъ при настоящихъ условіяхъ слишкомъ рискованно. Самъ же медіумъ не вполнѣ раздѣлялъ наше убѣжденіе и выразилъ желаніе побесѣдовать съ помощью блюдечка, такъ какъ стуки, уже прекратились. Было сказано: «Не бойтесь, садитесь. Просимъ сеанса. Вылечимъ.» Тогда жена стала сама просить объ устройствѣ сеанса, увѣряя, что она чувствуетъ, что послѣ него будетъ здорова. Когда мы продолжали колебаться, она сказала: «Сейчасъ мой отецъ сказалъ мнѣ на ухо, чтобы я слушалась, и буду здорова.» Несмотря на это, мы пробовали отговорить ее, указывая и на мелочныя препятствія къ устройству фасъ-сеанса, въ томъ числѣ и на отсутствіе драпри на дверяхъ, снятыхъ и уже уложенныхъ на лѣто, но жена настойчиво требовала сеанса.

Принесли скатерть, повѣсили ее на дверь вмѣсто драпри, и со страхомъ сѣли. Нѣсколько минутъ спустя послѣ наступленія транса, по азбукѣ было сказано: «Отодвиньте столъ.» Исполнили. Е. Д. вышла изъ кабинета безъ палки, съ опущенными руками. Сначала шла очень медленно, сильно качалась. Затѣмъ дошла быстрой легкой поступью до противоположной двери и точно также обратно до занавѣски, скрылась за нею и сѣла въ кресло. Придвинувъ столъ, мы заняли свои мѣста. Спустя нѣкоторое время по азбукѣ сказано: «Молитесь» и вскорѣ жена сама проснулась и тотчасъ заговорила, сказавъ: «Я чувствую себя совсѣмъ хорошо, мнѣ тепло» и съ этими словами свободно вошла въ столовую и съ сіяющимъ отъ радости лицомъ почти бѣгомъ обошла нѣсколько разъ вокругъ обѣденнаго стола, какъ бы убѣждая себя, что ноги служатъ ей попрежнему.

Присутствующіе тоже съ трудомъ вѣрили своимъ глазамъ, а между тѣмъ излеченіе было очевидно. Явился румянецъ на лицѣ, руки были теплыя, а обычная краснота нижнихъ глазныхъ вѣкъ указывала на возвращеніе исчезнувшей куда-то крови.

Докторъ, пріѣхавшій на другой день, былъ озадаченъ неожиданнымъ выздоровленіемъ еще болѣе, нежели быстрымъ наступленіемъ болѣзни.

Я разсказалъ весь этотъ эпизодъ до мельчайшихъ деталей правдиво и вполнѣ искренно, не пропустилъ и инцидента со стаканомъ воды, могущаго вызвать у читателя недоумѣніе, что это такое, какъ отнестись къ такому факту, если серьезно принять къ свѣдѣнію то вліяніе его на здоровье медіума, на которое онъ самъ указалъ 7-го числа, находясь въ безсознательномъ состояніи. На это я могу отвѣтить, что разсказалъ то, что видѣлъ своими глазами и что слышалъ своими ушами. Я могъ-бы помочь читателю разобраться, на сколько возможно, во всемъ этомъ эпизодѣ, но рамки журнальной статьи слишкомъ малы для этого. Вся задача сводится къ тому: что тутъ исходило отъ незримыхъ дѣятелей сеансовъ, что отъ безсознательнаго «я» самого медіума, что отъ внушенія, получаемаго медіумомъ отъ этихъ дѣятелей, и что, наконецъ, отъ самовнушенія самого медіума.

Разобраться относительно двухъ первыхъ поставленныхъ мной вопросовъ можетъ помочь сочиненіе А. Н. Аксакова «Анимизмъ и Спиритизмъ».

Я же остановлюсь и рѣзко подчеркну самый замѣчательный и вмѣстѣ съ тѣмъ самый наглядный фактъ этого эпизода: фразу «Лечи и торчи», написанную невидимою рукою, почти на моихъ глазахъ, въ промежутокъ времени не болѣе минуты, пока я дошелъ отъ стола до кровати и вернулся обратно. Этому факту можно дать двоякое толкованіе. Фразу эту могла написать «Лина», и даже почеркомъ жены, какъ существо хотя и обитающее въ иномъ мірѣ, но въ данный моментъ близко и тѣсно сплоченное съ медіумомъ. Въ такомъ случаѣ это будетъ фактъ спиритическій. Другое предположеніе: фразу эту написалъ двойникъ медіума, находящагося въ безсознательномъ состояніи. Тогда это фактъ анимическій.

На другой день послѣ выздоровленія Е. Д., мы переѣхали, какъ и предполагали, на дачу. Конецъ лѣта она провела на берегу Финскаго залива, близъ Нарвы, въ мѣстечкѣ Мерикюлль, гдѣ здоровье ея совсѣмъ окрѣпло.

Въ половинѣ сентября послѣ значительнаго перерыва сеансы возобновились.

20-го сентября, садясь за сеансъ, мы положили въ ящикъ стола, за которымъ сидѣли, осмотрѣнную нами четвертушку чистой бумаги и получили на ней непосредственнымъ письмомъ (écreture directe) помѣщаемую шараду.

Имя Дмитрій дано было нашему пріемному сыну, подкинутому намъ черезъ нѣсколько дней послѣ рожденія и скончавшемуся три недѣли спустя.

Рѣшеніе шарады: «медіумъ».


5-го ноября присутствовали на фасъ-сеансѣ: Елизавета Дмитріевна, А. Н. Аксаковъ, А. М. Бутлеровъ, Н. П. Вагнеръ, Н. А. Львовъ, М. П. Гедеоновъ, князь Эмеретинскій и В. И. Прибытковъ.

Тотчасъ, какъ медіумъ впалъ въ трансъ, послѣдовали разнообразныя, но обыденныя явленія, какъ-то: звонъ колокольчика, игра на бубнахъ, выстукиваніе мотивовъ въ полу подъ нашимъ столомъ и т. п. Когда наплывъ явленій прекратился, мы услыхали выдвиганіе ящика письменнаго стола, въ которомъ были положены веревки. Затѣмъ потребована азбука и сказано: «Связали, посмотрите». На вопросъ: «Открыть портьеру?» отвѣчено: «да». — «Можно внести огонь?» — «Да». Вошли въ кабинетъ медіума съ лампою и осмотрѣли руки, которыя оказались лежащими на колѣняхъ, рядомъ одна съ другой, въ каталептическомъ состояніи и перевязанныя веревкою, которая оплетала каждый палецъ отдѣльно и настолько туго, что веревка углубилась въ тѣло.

Послѣ осмотра спустили драпри и сѣли на свои мѣста. Тотчасъ повторились почти всѣ явленія, бывшія уже въ началѣ сеанса и, кромѣ того, бубенъ былъ выброшенъ къ намъ черезъ верхнюю часть разрѣза драпри. Внутри бубна оказалась бумажка, на которой написана фраза: «Лина привѣтствуетъ Аксакова». Вскорѣ по азбукѣ сказано: «Будите». На вопросъ Гедеонова — «опять сеансъ?» отвѣчено: «Да». Руки медіума найдены опять связанными попрежнему. Для освобожденія ихъ нужно было съ большимъ трудомъ разрѣзать веревку у каждаго пальца отдѣльно. Отъ нѣсколькихъ пассовъ каталептическое состояніе рукъ исчезло. При ближайшемъ осмотрѣ разрѣзанной веревки усмотрѣно было, что концы ея связаны особеннымъ какимъ-то узломъ, неизвѣстнымъ никому изъ присутствующихъ.

Въ промежутокъ времени между первымъ сеансомъ и началомъ второго Е. Д. положила руку на блюдечко и между прочимъ было сказано: «Пусть Гедеоновъ свое кольцо съ правой руки надѣнетъ на четвертый палецъ лѣвой руки медіума, для магнетизма». Кольцо это оказалось небольшимъ перстнемъ съ красноватымъ камнемъ. По тщательномъ осмотрѣ его присутствующими, оно было надѣто согласно указанію.

На второмъ сеансѣ тоже никакого выдающагося явленія не было. По окончаніи его, руки медіума оказались связанными носовымъ платкомъ такимъ образомъ: срединою платка туго стянута одна рука, а изъ концовъ свитъ жгутъ, обернутъ вокругъ другой руки и завязанъ двумя узлами. Руки были, по обыкновенію, въ каталептическомъ состояніи.

По окончаніи сеанса былъ осмотрѣнъ перстень, надѣтый на руку Е. Д. Въ углубленіи подъ камнемъ оказалась бумажка, сложенная такимъ образомъ, что концы ея находились между камнемъ и оправою и бумажка могла быть вынута лишь послѣ того, когда ее осторожно вырѣзали. На ней прочли съ помощью лупы написанную микроскопическими буквами фразу: Спиритамъ Е… I… Дѣйствуйте.

8-го декабря въ присутствіи медіума, меня, Д. В. Тихановой, М. П. Гедеонова и Н. Д. Красильникова послѣдовало продолженіе описаннаго уже мною эпизода съ браслетомъ. По окончаніи бывшаго въ этотъ день сеанса его не оказалось на рукѣ медіума и мы нашли его висящимъ на нижнемъ обручѣ буковаго стула, на которомъ сидѣла Е. Д. Спайка оказалась неповрежденною. Опасаясь, чтобы браслетъ, по бывшимъ уже примѣрамъ, не исчезъ, стулъ этотъ былъ перенесенъ въ квартиру г. Гедеонова, находящуюся рядомъ съ нашей.

На другой день, вечеромъ, Е. Д. надѣясь, что браслетъ будетъ возвращенъ ей на руку, пожелала участвовать въ сеансѣ при томъ же составѣ и сѣла на тотъ же стулъ. Желаніе ея было исполнено, и среди сеанса она, находясь въ трансѣ, заявила намъ, что браслетъ у нея на рукѣ. Спайка его и на этотъ разъ осталась неприкосновенною.

Н. П. Вагнеръ, желая имѣть въ своихъ рукахъ наглядное доказательство возможности проникновенія матеріи сквозь матерію, просилъ отдать ему этотъ браслетъ, если онъ будетъ еще разъ снятъ съ руки, безъ поврежденія спайки, предлагая при этомъ замѣнить его точно такимъ же.