Испытанное постоянство (Николев)/ДО

Yat-round-icon1.jpg
Испытанное постоянство : Комедия в 3 действиях
авторъ Николай Петрович Николев
Дата созданія: 1775, опубл.: 1776. Источникъ: Россійскій Ѳеатръ, или Полное собраніе всѣхъ Россій­скихъ Ѳеатральныхъ сочиненій : 43 Части. — СПб.: Тип. Императорской Академии наук, 1786—1794.— ч. XXIII (Комедіи, т. XI), 1788. 272 стр. az.lib.ru

    ИСПЫТАННОЕ ПОСТОЯНСТВО.
    КОМЕДІЯ ВЪ ОДНОМЪ ДѢЙСТВІИ.
    СОЧИНЕНА въ 1775 году.

    ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА.Править

    ПРОСПѢХЪ.

    НИЗМѢНА, жена Проспѣхова.

    ДОБРОМЫСЛЪ, другъ Проспѣховъ.

    АНДРЕЙ, слуга Проспѣховъ.

    МАРЬЯ, служанка Низмѣны.

    АКИМЪ, садовникъ.

    СВИТА ДОБРОМЫСЛА.

    И нѣсколько слугъ вооруженныхъ.

    Дѣйствіе въ деревнѣ Проспѣховой.
    ДѢЙСТВІЕ ПЕРВОЕ.
    Театръ представляетъ рощу, лѣвой стороны домъ Проспѣховъ; прямо за рощей большая дорога.
    ЯВЛЕНІЕ 1.
    АНДРЕЙ [въ дорожномъ платьѣ.]

    Теперь-то я вижу по глупому намѣренію моего барина, что господа пустоголовы. Что можетъ бытъ безумнѣе, какъ бывши въ разлукѣ въ женою семь лѣтъ, грустить, вздыхать, скакать за тѣмъ сломя голову въ свою деревню, чтобъ съ ней видѣться, пріѣхать я ей не казаться? но для чевожъ? чтобъ испытать ее вѣрность прежде нежели она узнаетъ, что слухъ о его смерти былъ пустой, а что мы съ нимъ вмѣсто смерти семь лѣтъ галанили въ полону. Изрядная выдумки! да чему полно и дивиться? мужей ревнивыхъ свойства искать безпокойства: они обыкновенно боясь быть съ рогами ходятъ ихъ слѣдами. Нѣтъ, я мою жену не намѣренъ испытывать. Лучше не знать, нежели знать худое.- — - Ни изъ чево не соглашуся! сохрани Боже ежели да моя жена — - — О! отъ одной мысли дрожь пронимаетъ! — - — однако мнѣ и самому хочется — - — быть такъ, пущусь и я — - -а! да вотъ и баринъ мой.

    ЯВЛЕНІЕ 2.
    АНДРЕЙ, ПРОСПѢХЪ.
    ПРОСПѢХЪ.

    И такъ мы на конецъ въ своей деревнѣ! Вотъ тотъ лѣсъ, тотъ домъ, въ которомъ Низмѣна, жена моя, клялася любить меня вѣчно! — - — ахъ! ежелибъ я нашелъ ее толикожъ постоянну!

    АНДРЕЙ.

    Сумнительно. Быть молодой, прекрасной, не видать семь лѣтъ мужа своего, щитать ево убитымъ въ арміи, это все вмѣстѣ предвѣщаетъ, что госпожа вѣрность давно уже преставилась.

    ПРОСПѢХЪ.

    Я самъ этова опасаюсь. Подозрѣніе возмущаетъ духъ мой! Низмѣна меня любила, была добродѣтельна; однако — - — ея молодость, мое отсудствіе — - — ахъ! какая востаетъ буря въ сердцѣ мужа и любовника, когда онъ находится въ неизвѣстности!

    АНДРЕЙ.

    Вѣрна ли ему жена? Да; сударь: эта буря посѣщаетъ и мое серчишко; я и самъ теперь колыхаюсь отъ нее какъ будто море.

    ПРОСПѢХЪ.

    Однако я совершу мое предпріятіе — - — испытаю постоянство жены моей.

    АНДРЕЙ.

    Тѣмъ хуже. ВЪ такихъ случаяхъ лучше быть мужу слѣпу и глуху.

    ПРОСПѢХЪ.

    Нѣтъ, не пойдемъ далѣе, подождемъ здѣсь ково нибудь изъ вѣрныхъ мнѣ служителей и постараемся вывѣдать о состояніи всѣхъ дѣлъ жены моей.

    АНДРЕЙ.

    И подлинно такъ сударь, а я съ моей стороны поосвѣдомлюсь о своей [въ сторону] Посмотримъ, у кого изъ насъ рога выше; я думаю, что у него такъ какъ у господина — - — къ томужъ моя-то всегда была смирнѣе?

    ПРОСПѢХЪ.

    Кто-же поетъ?

    АНДРЕЙ.

    Не наши ли пташечки? — - — А! другѣ нашъ Акимъ!

    ПРОСПѢХЪ.

    Садовникъ мой?

    АНДРЕЙ.

    Вотъ онъ сударь!

    ЯВЛЕНІЕ 3.
    ТѢЖЪ и АКИМЪ.
    ПРОСПѢХЪ.

    Здравствуй Акимъ!

    АКИМЪ [не смотря на нихъ.]

    Здорова робята! [увидя Проспѣха присѣдаетъ испугавшись.] Ай! — - — ково я вижу!

    ПРОСПѢХЪ.

    Что тебѣ здѣлалось?

    АКИМЪ.

    Не мерещится ли мнѣ? — - — не сплю ли я? — - — нѣтъ — - — такъ, ето душа барина моего — - — —

    АНДРЕЙ.

    Ты думаешь? — - —

    АКИМЪ.

    Уфъ! — - — вотъ и другая бездѣльника Андрюхи!

    АНДРЕЙ [давъ ему муза.]

    Не хвали такъ мертвыхъ — - —

    АКИМЪ.

    Ой! — - —

    АНДРЕЙ.

    Полно тово, что и живымъ отъ насъ достается.

    ПРОСПѢХЪ.

    Что ты дѣлаешь? — - — оставь ево!

    АКИМЪ.

    Ой и мертвой не угомоненъ? куда мнѣ дѣватся? пропала моя головушка!

    ПРОСПѢХЪ.

    Не бойся мой другъ! мы не мертвецы; я живъ, я твой господинъ. Правда, что меня считали убитымъ; но ето ложно, я былъ взятъ въ полонъ.

    АНДРЕЙ.

    И я къ нещастію.

    ПРОСПѢХЪ.

    И до тѣхъ поръ не могъ освободиться, пока не заключили миру.

    АКИМЪ.

    Не въ правду ли бояринъ?

    ПРОСПѢХЪ.

    Точно такъ мой другъ, не бойся. На вотъ тебѣ на вино.

    АНДРЕЙ [протянувъ руку.]

    Вѣть и я сударь васъ испугался — - —

    ПРОСПѢХЪ.

    Не ври.

    АКИМЪ [въ сторону.)

    Ежели онъ мертвецъ, такъ куды, какъ мертвецы-то милостивы! напрасно мы ихъ убоимся. Спасибо бояринъ!

    ПРОСПѢХЪ.

    Скажи мнѣ Акимъ: здорова ли моя жена?

    АКИМЪ.

    Ахъ! сударь — - —

    ПРОСПѢХЪ.

    Что — - — что! — - — ужли — - -?

    АКИМЪ.

    Какъ ей быть здоровой, она съ тѣхъ поръ какъ ты изволилъ умереть, не переставала плакать.

    ПРОСПѢХЪ..

    Дражайшая супруга!

    АКИМЪ.

    Ни куды не ѣздитъ, ни въ какія бесѣды, всегды дома, всегды одна, а ежели и выйдетъ въ етотъ лѣсокъ позабавиться, то такъ печальна, такъ грусна, что невѣдь какъ сударь! и сказать-то не льзя какъ такована — -- она-то — - — боярыня-то — - — развѣ и господи, что такое!

    ПРОСПѢХЪ.

    Какое радостное извѣстіе! — - — - Но не ѣздитъ ли сюда кто нибудь изъ сосѣдей? — - -то есть — - — кто нибудь — - — разумѣешь ли?

    АКИМЪ.

    Нѣтъ сударь-не разумѣю.

    ПРОСПѢХЪ.

    Кто нибудь изъ молодыхъ господъ — - — изъ богатыхъ помѣщиковъ?

    АНДРЕЙ.

    Едакой безтолковой! — - то есть: изъ молодыхъ волокитъ, щеголей, петиметровъ; ныньче я чаю и въ деревняхъ ихъ довольно?

    АКИМЪ.

    Нѣтъ Андрюха! мнѣ ни одна едакая хвамилія не знакома, и къ боярынѣ никто не ѣздитъ. Она завсегды одна; когды ни поглядишь все изволитъ слезиться; и у нее только и разговоровъ, что съ Марьею и то объ тебѣ бояринъ.

    ПРОСПѢХЪ.

    Ахъ! естьли бы ето была правда!

    АНДРЕЙ.

    Ну! скажижъ ты мнѣ теперь Акимушка о женѣ моей, какъ она живетъ, что дѣлаетъ, я чаю и она безпрестанно рюмитъ?

    АКИМЪ [съ простосердечной усмѣшкой.]

    Нѣтъ братъ Андрюха! твоя-то всегды весела, всегды прыгаетъ, скачетъ, какъ -словно сорока.

    АНДРЕЙ [въ сторону.]

    Проклятая сорока!

    АКИМЪ.

    Ни одной нѣтъ въ околодкѣ деревни, въ которой бы она была не знакома. Всѣхъ посѣщаетъ и вездѣ у нее куномья.

    АНДРЕЙ.

    Добро всемирная кума!

    АКИМЪ.

    О твоя Марьюшка помилуй Богъ какъ затѣйлива!

    АНДРЕЙ [въ сторону.]

    Для чево я не глухъ теперь?

    ПРОСПѢХЪ.

    Послушай Акимъ! вотъ тебѣ еще за добрые вѣсти — - —

    АКИМЪ.

    Дай Богъ тебѣ здоровьица! Какой милосливой бояринъ!

    ПРОСПѢХЪ.

    Поди ты теперь на большую дорогу и дожидайся тамъ одново господина по прозванью Добромыслъ — - -!

    АКИМЪ.

    Добромыслъ, слышу сударь. — - — [хочетъ итти.]

    ПРОСПѢХЪ.

    Постой на часъ — - — - Когда онъ пріѣдетъ, то ты привѣди ево сюда. Скажи, что я ево здѣсь ожидаю.

    АКИМЪ.

    Хорошо сударь! все будетъ исправлено.

    ПРОСПѢХЪ.

    Послушай, послушай Акимъ! Не проговорись кому ни будь, что ты меня видѣлъ. И женѣ моей не сказывай — - — ни кому.

    АКИМЪ.

    Ехъ сударь! лучше бы сказать. Куды бы она обрадовалась!

    ПРОСПѢХЪ.

    Время еще будетъ. Я такъ хочу. я самъ ей покажусь; а ты молчи.

    АКИМЪ.

    Слышу сударь.

    ПРОСПѢХЪ.

    Поди же. [Якимъ уходитъ.]

    ЯВЛЕНІЕ 4.
    ПРОСПѢХЪ, АНДРЕЙ.
    ПРОСПѢХЪ.

    Какое удовольствіе!

    АНДРЕЙ.

    Какая досада!

    ПРОСПѢХЪ.

    Я восхищаюсь!

    АНДРЕЙ.

    Я бѣшусь! ---зубы грызу!

    ПРОСПѢХЪ.

    Она мнѣ вѣрна!

    АНДРЕЙ.

    Она мнѣ измѣнила!

    ПРОСПѢХЪ.

    Слышанное мною льститъ намѣренію моему. — - — Но можетъ быть я обманываюсь? можетъ быть восхищаюсь напрасно? слова садовника легко быть могутъ не справедливы? — - — Какъ! ужли и въ немъ лукавство? — - — Въ Акимѣ? — - — въ простомъ мужикѣ, которой едва умѣетъ говорить со мною? — - — Нѣтъ онъ еще человѣкѣ Притворство и ложь не обезобразили ево простоты природной. Языкомъ ево говорила сама истинна.

    АНДРЕЙ.

    Можетъ быть и не ее милость? Мудрено ли нашему брату сдѣлаться лукавымъ, когда бары ево такія? каковъ попъ таковъ и приходъ!

    ПРОСПѢХЪ.

    Низмѣна удалилась отъ свѣту; живетъ въ уединеньѣ; ни одинъ предмѣтъ не представляется взору ея; не старается ей нравишься.- — - — Чтожъ? такая слабая побѣда простираетъ ли на меня хоть малой лучь славы? и ложной блескъ ея можетъ ли меня удовольствовать?

    АНДРЕЙ.

    Эта слава, какъ мнѣ кажется, весьма жидкія имѣетъ прелести. Должно ли похвалить мою воздержность, ежели я не видючи вина не напиваюсь пьянъ?

    ПРОСПѢХЪ.

    Ахъ, Андрей! ты съ лишкомъ говорить справедливо.- — - — Нѣтъ я не могу далѣе жить въ такомъ жестокомъ сомнѣніи. Надобно — надобно, чтобъ разумъ пой на всегда ево свободился.

    АНДРЕЙ.

    Похвально.

    ПРОСПѢХЪ.

    Послушай Андрей! ты знаешь етова великодушнова друга? —

    АНДРЕЙ.

    Какихъ на свѣтѣ нѣтъ? о! знаю сударь.

    ПРОСПѢХЪ.

    Не правда. Они рѣдки; но есть, и всегда будутъ. Злоупотребленіе и испорченные нравы не способны истощить чувствительности природы.

    АНДРЕЙ.

    Ето правда сударь только мы природную-то чувствительность какъ-то горазды передѣлывать по свойски.

    ПРОСПѢХЪ.

    Но оставь свои разсужденія и выслушай меня.

    АНДРЕЙ.

    Слушаю сударь — - — - етова великодушнова друга — - — ну, что по томъ сударь?

    ПРОСПѢХЪ.

    Да, которой ѣхалъ съ нами изъ плѣну и которова оставили мы въ ево деревнѣ десять верстъ отсюда — - — —

    АНДРЕЙ.

    То есть Добромысла?

    ПРОСПѢХЪ.

    Точно такъ, ево-то я ожидаю. Онъ мнѣ слово далъ пріѣхать сюда подъ видомъ такова человѣка, которой влюбясь въ портретъ жены моей ищетъ ее повсюду. А ему отдалъ портретъ подаренной мнѣ ею при моемъ отъѣздѣ въ армію. Мы съ нимъ уже переговорили какъ начать эту хитрость. Онъ назовется владѣтельнымъ княземъ, пріѣдетъ съ великой свитой, во всей пышности; а пышность, богатство, знатныя титла, снискиваютъ часто ключь къ сердцамъ и не приступнымъ.

    АНДРЕЙ.

    Ваше намѣреніе самое дурное!

    ПРОСПѢХЪ.

    Какъ?

    АНДРЕЙ.

    Такъ же сударь, что ни куды не годится.

    ПРОСПѢХЪ.

    По чему же?

    АНДРЕЙ.

    По тому, что мужъ которой хитростію испытываетъ другую половину себя, не можетъ обойтися безъ чудесъ, то есть: чтобъ не увидѣть своего превращенія изъ человѣка въ рогатова скота; что для бѣдныхъ мужей весьма натужно!

    ПРОСПѢХЪ.

    Ужли суждено мнѣ встрѣтить смерть во изъясненіи, которова душа моя желаетъ! — - — Нѣтъ, чтобъ ни было, окончимъ — - — такъ должно.

    АНДРЕЙ.

    Коли должно, такъ и я согласенъ. Я Акиму не вѣрю; что онъ ни сказывалъ, все пустяки, [въ сторону] Не вѣрю, не вѣрю, а сердечко іокъ да іокъ!

    ПРОСПѢХЪ.

    Пойдемъ на встрѣчу къ Добромыслу — - — приготовимся къ опыту, и ты мнѣ нуженъ. — - -Что слышу я? — - — ахъ! ето голосъ дражайшей моей Низмѣны! но вотъ и она! уйдемъ — - — Какъ она прекрасна! И моя плутовка съ нею; уфъ! разцѣловалъ бы, ее въ пухъ за семилѣтнее мое терпѣніе!

    ЯВЛЕНІЕ 5.
    НИЗМѢНА, МАРЬЯ.
    НИЗМѢНА.

    Я слышала шумъ! но здѣсь никово нѣтъ?

    МАРЬЯ.

    Вамъ всегда слышится, всегда мечтается, хотя ничего нѣтъ и не бывало.

    НИЗМѢНА.

    Въ бѣдственной моей части — - — въ горестномъ моемъ состояніи, мечтаніи мнѣ простительны? — - — Етѣ мѣста, этотъ лѣсъ напоминаютъ мнѣ любезнаго моего Проспѣха. Тѣ минуты, въ которыя мы клялися другъ другу взаимною любовію — - — взаимною вѣрностью; но увы! — - — ево уже нѣтъ на свѣтѣ! — - — а я — - — я еще жива! — - —

    МАРЬЯ.

    То-то сударыня и не должно крушиться, когда ево нѣтъ на свѣтѣ; а вы живы, слыханое ли ето дѣло, чтобъ семь лѣтъ оплакивать мужа? это не только въ большихъ городахъ, но и у насъ въ деревняхъ вышло уже изъ моды; умеръ такъ умеръ.

    НИЗМѢНА.

    Нѣтъ, онъ живъ еще въ моемъ сердцѣ и до скончанія дней моихъ живымъ пребудетъ — - — я ево вижу — - — съ нимъ говорю — - — напоминаю ему мои клятвы! — - — мой супругъ всечасно въ глазахъ моихъ повсемѣстно, и во всемъ я ево встрѣчаю! — - — Увы! почто ты меня оставилъ? почто пошелъ искать смерти, толико для меня ужасной? — - — пагубное честолюбіе! — - — - Но нѣтъ, ты исполнилъ свою должность, пролилъ кровь за отечество — - — слѣдовалъ справедливому побужденію чести своей, умеръ съ оружіемъ въ рукахъ; я тебя похваляю. Защищая свое государство, ты защищалъ любезную и вѣрную тебѣ супругу — испустилъ духъ какъ вѣрной сынъ отечества.

    МАРЬЯ.

    Вы разсуждаете сударыня геройски, только плачете по женски.

    НИЗМѢНА.

    Я плачу! — - — - но плачу о томъ, для чего я не умерла съ нимъ вмѣстѣ.

    МАРЬЯ.

    Ктожъ вамъ не велѣлъ съ нимъ ѣхать въ армію.

    НИЗМѢНА.

    Мое состояніе, я женщина!

    МАРЬЯ.

    Женщина! развѣ женщины не имѣютъ сердца. Развѣ имъ учиться какъ драться. Не видали ли мы живши въ столицѣ, что женщины почти всякой день деруться съ мужьями. А устоять противу бѣшенова мужа, труднѣе нежели противъ

    НИЗМѢНА.

    Я думаю, что ты меня изъ такова числа изключила.

    МАРЬЯ.

    Это правда, сударыня, однако и вы не Пущина, къ томужъ новость, которую вы получили изъ Москвы, что тамъ одна дѣвица выходила на дуель съ своимъ любовникомъ, довольно вамъ показываетъ, какъ полъ нашъ не трусливъ! — - — О сударыня! эта Московская рыцарка должна примѣромъ быть всѣмъ намъ; не уступать ни кому, это наше свойство; плакать и грустить объ мужѣ, это бывало наше, но ныньче уже благодаря просвѣщенію вышло изо вкусу.

    НИЗМѢНА.

    Не у меня.

    МАРЬЯ.

    Тѣмъ хуже! Молодой и прекрасной женщинѣ долженъ пріятнѣе быть самой сквернинькой мужчина живой, нежели красавецъ мертвой.

    НИЗМѢНА.

    Твое мнѣніе не облыгаетъ твоего жребія.

    МАРЬЯ.

    Мое мнѣніе самое благоразумное.

    НИЗМѢНА.

    Когда любовь вселяется въ низкія сердца, тогда она ничто иное, какъ грубой огонь, имѣющей только къ подкрѣпленію своему прелести пустыхъ и презрительныхъ веселостей: но любовь въ великодущномъ и чувствительномъ сердцѣ такое пламя, которое бодрствуетъ противу всѣхъ пагубныхъ превратностей фортуны, и питается, собственнымъ своимъ жаромъ.

    МАРЬЯ.

    Утѣшительна любовь, ежели заставляетъ всегда плакать!

    ИЗМѢНА.

    Сердце, которое чувствуетъ свою потерю, находитъ свое удовольствіе въ стенаніи, и вотъ мое наслажденіе!

    МАРЬЯ.

    Нѣтъ, я не такъ думаю; я люблю утѣшать себя, лишась имѣнія, пріобрѣтеніемъ другова.

    НИЗМѢНА.

    Есть такія драгоцѣнныя имѣнія, которыхъ потеря невозвратна; жена лишася мужа добродѣтельнова, нѣжнова, снисходительнова, можетъ ли льстится сыскать такова? Ахъ! такимъ даромъ небо не награждаетъ два раза въ жизни.

    МАРЬЯ.

    Добродѣтельнова, нѣжнова, снисходительнова! послѣднее для женъ всего пріятнѣе. И! — - — что за шумъ — - — крикъ? — Ну сударыня, не разбойники ли, пропали мы!

    ЯВЛЕНІЕ 6.
    ТѢ ЖЪ и АНДРЕЙ [въ мундирѣ, въ усахъ, въ превеликой шляпѣ.]
    МАРЬЯ.

    Ахъ! что за уродъ!

    НИЗМѢНА.

    Драгунъ!

    АНДРЕЙ [будто не видитъ.]

    То-то служба, то-то должность! таскайся по всему свѣту противъ своей воли; а чего ищи, чортъ знаетъ; право мой князь съума сошелъ, какъ это! влюбясь въ портретъ, цѣлой годъ ищетъ подлинника, мучитъ лошадей, людей, и самъ себя, гоняется за женщиной, какъ будто женщины рѣдкой въ свѣтѣ товаръ; а все накутила ета соблазнительная рожица; [бросаетъ портретъ въ ту сторону гдѣ онѣ] — - — - однако, этотъ лѣсокъ очень прекрасенъ, сядемъ на травкѣ отдохнуть, станемъ мыкать свое горе, и уснемъ буде захочется, а буде нѣтъ, такъ хоть зажмуримся. [въ сторону] Посмотримъ что то отъ нихъ будетъ.

    НИЗМѢНА [поднявъ портретъ.]

    Что я вижу! — - — ахъ!

    МАРЬЯ.

    Что вамъ вдѣлалось сударыня? Чего вы испугались?

    НИЗМѢНА.

    Взгляни на етотъ портретъ.

    МАРЬЯ.

    Боже мой! ето вашъ.

    НИЗМѢНА.

    Увы! — - — тотъ самой, которой я подарила любезному Проспѣху при его отъѣздѣ — - — Дражайшій Проспѣхъ! — смерть похитила у тебя залогъ моей къ тебѣ горячности, любви, которую повлечетъ за собою во гробъ нещастная Низмѣна! Это нечувствительное начертаніе было свидѣтелемъ твоей смерти, — твои взоры — твои ослабѣвающіе взоры устремлялись на нево, при твоемъ послѣднемъ издыханіи! — - — Могуль не умираючи взирать на него. Помоги мнѣ Марья — - — я! — - — трепещу — - — я! — - — ослабѣваю — - — [Падаетъ въ объятія къ Марьѣ.]

    МАРЬЯ.

    Ахъ сударыня! — - — О небо! — - — какое нещастіе!

    АНДРЕЙ [вдругъ вскоча.]

    Уфъ! што ето! — - — ба! какія прекрасныя! [подходитъ къ нимъ] Ба, ба, ба, ба, да вотъ онъ — - — такъ, такъ — - — это точно подлинникъ! О! теперь ноги мои поотдохнутъ, пойду побѣгу къ князю съ радостною вѣстью.

    НИЗМѢНА.

    Постойте сударь! — - — скажите — - — покорно васъ прошу.

    АНДРЕЙ.

    Кто я? я прозываюсь малинькія Фортъ-Фортъ, покорной слуга и генералъ полковникъ великаго Князя и фельдмаршала, собственной мнимой его арміи, которой влюбяся въ портретъ твой до глупости, искалъ тебя по всему бѣлу свѣту; ты нашлась; онъ щастливъ, мы покойны, а твоя фортуна сдѣлана, прости я бѣгу его увѣдомить! — - — да вотъ и его высокомнимая свѣтлость.

    ЯВЛЕНІЕ 7.
    ТѢЖЪ и ДОБРОМЫСЛЪ [съ свитой.]
    МАРЬЯ [въ сторону.]

    О! етотъ не страшенъ.

    НИЗМѢНА [въ сторону.]

    Мученіе мое умножается.

    АНДРЕЙ.

    Вотъ великой князь! и живой портретъ.

    ДОБРОМЫСЛЪ [въ сторону.]

    Какъ она прекрасна! какъ Проспѣхъ благополученъ! [въ слухъ] И такъ сударыня, наконецъ я вижу ту, чье изображеніе толико потревожило спокойствіе мое, лишило меня свободы, наложа на сердце вѣчныя оковы.

    НИЗМѢНА.

    Увы!

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Познай сударыня, познай, до чего простирается моя къ тебѣ любовь. Я болѣе году ищу твоихъ прелестей, скитаюсь по всей Россіи, въ намѣреніи удивляться и обожать ихъ, не знавши естьли ты на свѣтѣ; одно твое начертаніе, прекрасное твое изображеніе возтревожило духъ мой, я искалъ тебя повсюду, у всѣхъ о тебѣ спрашивалъ, и на конецъ узнавши, что ты въ своей деревнѣ, живешь во уединеніи, пришелъ повергнуться къ ногамъ твоимъ! [На колѣняхъ] Владѣтельной князь и нѣжной любовникъ проситъ у ногъ твоего сердца. — - —

    НИЗМѢНА.

    Встаньте: такое положеніе вамъ не прилично.

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Я тебѣ повинуюсь. [встаетъ.]

    НИЗМѢНА.

    Могу ли я познать отъ васъ, какимъ случаенъ попалась къ вамъ въ руки такая вещь, которая подарена была мною покойному нужу моему?

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Будучи въ арміи, наѣхалъ я нечаянно на умирающаго человѣка, которой при мнѣ и испустилъ духъ свой, устремя взоръ на сей портретъ привязанной къ рукѣ его.

    НИЗМѢНА.

    Увы! — это былъ супругъ мой!

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Красота ево прельстила душу мою, съ тѣхъ поръ — - — тщетно разсудокъ мой сопротивлялся пламеню меня пожирающему — - — я въ тебя влюбился въ твоемъ, изображеніи! [въ сторону] И чувствую теперь, что истинна заступила мѣсто притворства моего, красота ея меня поражаетъ! — - — Ахъ! я позабываю дружество.

    НИЗМѢНА.

    Дражайшей супругъ мой! — - — погруженной на землю — - — плавающей въ крови своей! Ужасное зрѣлище! бѣдственная участь! — Колино я нещастлива! — почто отъ любви и огорченія не умираю?

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Какъ сударыня! ты еще оплакиваешь смерть мужа твоево, мужа, которой не внемлетъ уже твоимъ стенаніямъ, ахъ! дай мнѣ такихъ совмѣстниковъ, съ которыми бы я могъ оспоривать твои прелести.

    АНДРЕЙ.

    Да подайка намъ ково нибудь изъ живыхъ, мы бы ему показали себя.

    МАРЬЯ [въ сторону.]

    Етотъ видно не любитъ нѣжности.

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Отри прекрасная слезы свои, къ чему они служатъ? — прими отъ сердца тебѣ преданнова хотя сей малѣйшій даръ, въ знакъ его къ тебѣ нѣжности, и любви. — - — [Подаетъ ей перстень.]

    НИЗМѢНА.

    Мнѣ?

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Удостой принятіемъ своимъ.

    НИЗМѢНА.

    Вы надѣетесь! какое ваше намѣреніе?

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Обожать тебя вѣчно — жертвовать всѣмъ тебѣ имѣніемъ, и самимъ собою.

    НИЗМѢНА.

    Ахъ сударь! такая жертва не принадлежитъ мнѣ.

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Кому же, когда не твоимъ прелестямъ, прими дражайшая!

    МАРЬЯ [тихо.]

    Возмите сударыня! что взято, то свято.

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Супругъ твой умеръ, и — - —

    НИЗМѢНА.

    Нѣтъ, хотя смерть его у меня похитила, но онъ еще живъ въ моемъ сердцѣ, противу всѣхъ законовъ жестокова рока! Я его люблю до скончанія моей жизни, и не могу дѣлить горячности моей съ другими предмѣтами. — - — Ахъ сударь! удостойте почесть, хотя мои нещастія, оставте меня, потушите такой пламень, которой ни когда не будетъ мною

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Ты столько жестока!

    НИЗМѢНД.

    Я больше нещастлива.

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Не отъ тебя ли зависитъ быть благополучною? Прими мое сердце, будь мнѣ супруга.

    НИЗМѢНА.

    Супруга?

    АНДРЕЙ:

    Какъ! не ужли красавица княгиней быть не хочешь?

    НИЗМѢНА.

    Послѣ всѣхъ клятвъ, которыя я дала своему мужу, дражайшему Проспѣху! такая перемѣна не можетъ быть справедлива и законна, увѣнчанное преступленіе не есть преступленіе менше; а я граничу мою великость въ исполненіи должности моей. — Не льститесь: всѣ ваши старанія безплодны — - — [уходитъ.]

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Нѣтъ, я отъ тебя не отстану — - — всюду за тобою послѣдую. — - — Но куды иду я? — - —

    АНДРЕЙ [въ сторону.]

    Эта видно рыбка не пойдетъ на уду; дайка закинуть за своею.

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Какое движеніе колеблетъ духъ мой! Сокроемся отъ глазъ, принуждающихъ меня забывать мою должность.

    ЯВЛЕНІЕ 8.
    АНДРЕЙ, МАРЬЯ.
    МАРЬЯ [въ сторону.]

    Какъ я досадую на свою барыню! — однако ета птичка мнѣ кажется вислокрыла, постараемся уловить её въ наши любовныя сѣти.

    АНДРЕЙ [въ сторону.]

    Плутовка-то на меня посматриваетъ, не будетъ пути, однако попытаемся. [въ слухъ] Поговоримъ-ка со мною райская моя пташечька.

    МАРЬЯ.

    Развѣ вы сударь! видали райскихъ пташекъ?

    АНДРЕЙ.

    Нѣтъ, твои глазенки мнѣ сказываютъ, будто ты на нее похожа.

    МАРЬЯ.

    Ужли мои глаза имѣютъ къ намъ довѣренности больше нежели ко мнѣ. Я отъ нихъ никогда еще о томъ не слыхала.

    АНДРЕЙ.

    О! это неправда, женскіе глаза не такъ молчаливы; а особливо гдѣ принадлежитъ до собственной ихъ похвалы, тутъ они всегда меньше видятъ нежели говорятъ. Но дѣло не о томъ: сказанная мнѣ, каковъ тебѣ показался, — каковъ мой станъ, голосъ, усы, и голова?

    МАРЬЯ [въ сторону.]

    Кажется человѣкъ не модной; а объ головѣ спросить чудь было не забылъ.

    АНДРЕЙ.

    Говори жъ моя красавица.

    МАРЬЯ.

    Усы ваши очень прекрасны; а объ головѣ вашей сказать трудно потому, что голосъ у васъ такъ нѣженъ, что предвѣщаетъ за правду нѣсколько пощочинъ.

    АНДРЕЙ.

    Ты очень хорошо отгадываешь — - — однако, — - — говори смѣлѣя, не опасаяся моево нѣжнова голосу.

    МАРЬЯ.

    Господинъ Фортъ-Фортъ! кажется бишь человѣкомъ придворнымъ.

    АНДРЕЙ.

    Какъ? развѣ я льстилъ тебѣ.

    МАРЬЯ.

    Нѣтъ сударь! — - — но вы — - — вы такъ хороши, что можете украшать дворъ владѣтельнова вашева князя!

    АНДРЕЙ.

    О! ты имѣешь вкусъ; и такъ мои взгляды, мои ухватки, я чаю произвели что нибудь въ твоемъ сердчишкѣ, а?

    МАРЬЯ.

    Я не смѣю во всемъ вамъ признаться.

    АНДРЕЙ.

    Не смѣешь! кажется ты не застѣнчива: но говори со мною по просту безъ затѣй, я не люблю кто много коверкается — - ну! — —

    МАРЬЯ.

    Мое сударь смятеніе довольно вамъ показываетъ, что ваше присудствіе произвело въ душѣ моей.

    АНДРЕИ [въ сторону.]

    Уфъ! какъ эта примается за уду, вотъ тѣ попытка, — однако посмотримъ далѣе. [въ слухъ] Такъ я тебѣ понравился?

    МАРЬЯ.

    Избавте меня стыда вамъ о томъ сказывать.

    АНДРЕЙ.

    О! ето лишное, ты съ лишкомъ ево избавилась: но послушайка ты еще, какъ я пою.

    МАРЬЯ.

    Съ охотою.

    АНДРЕЙ [Поетъ съ сердцемъ показывая видъ веселой.]

    Худо быть мужу съ рогами,

    Хуже того и груснѣй,

    Зрѣтъ ихъ своими глазами,

    Бывши съ плутовкой своей.

    Что? Каковъ голосъ?

    МАРЬЯ.

    Прегромкой голосъ.

    АНДРЕЙ.

    А слогъ пѣсни?

    МАРЬЯ.

    Онъ не такъ хорошъ какъ голосъ.

    АНДРЕЙ.

    Я вѣрю: но ты удивишься больше, когда я тебѣ скажу, что я всему етому умѣю, не учась, и пѣть, и сочинять.

    МАРЬЯ.

    Не учась!

    АНДРЕЙ.

    Точно такъ!

    МАРЬЯ.

    Я не могу понять, какимъ бы ето способомъ могли вы?

    АНДРЕЙ.

    А вотъ такимъ-то, что я богатъ; а съ деньгами моя красавица наималѣйшіе умы бываютъ Профессоры, ни чему не учась; деньги прямо достигаютъ цѣли, и получаютъ желаемое; — - — О! со мною ты очень будешь щастлива.

    МАРЬЯ.

    Могу ли я ласкаться.

    АНДРЕЙ.

    Безъ сомнѣнія, когда ты меня не ненавидишь.

    МАРЬЯ.

    Васъ ненавидѣть! развѣ я вамъ дика показалась,

    АНДРЕЙ.

    О! нѣтъ; ты — - — ты самой рушной звѣрочикъ.

    МАРЬЯ.

    Я признаюсь, что я чувствительна.

    АНДРЕЙ [въ сторону/]

    И съ лишкомъ къ моему нещастію; но чемъ бы мнѣ отмстить ей. [думаетъ]

    АНДРЕЙ [въ сторону]

    А! — постой [въ слухъ] и какъ госпожа чувствительная! ты — -- ты очень меня любимь?

    МАРЬЯ.

    Такъ, какъ вы любите о томъ спрашивать.

    АНДРЕЙ.

    Ну-такъ дай же мнѣ въ знакъ твоей ко мнѣ любви поцѣловать ручку. [тихо] Не бось не откажетъ.

    МАРЬЯ.

    Вы ето можете исполнить.

    АНДРЕЙ [тихо.]

    Такъ, я угадалъ. — - — [цѣлуя руку кусаетъ.]

    МАРЬЯ.

    Ой! — - — тише сударь! — - —

    АНДРЕЙ.

    Плутовка?

    МАРЬЯ.

    Вы кусаете.

    АНДРЕЙ.

    Ето еще бездѣлица за твою ко мнѣ любовь!

    МАРЬЯ.

    Развѣ за любовь кусаютъ?

    АНДРЕЙ.

    То есть — - — отъ нѣжнова восторгу, или яснѣя сказать, которова ты достойна.

    МАРЬЯ.

    Прости господинъ Фортъ-Фортъ!

    АНДРЕЙ.

    Какъ, ты ужъ и бѣжишь отъ меня?

    МАРЬЯ.

    Мнѣ должно итти къ моей госпожѣ, я и то здѣсь долго заговорилась.

    АНДРЕЙ.

    Прости. [въ сторону] Госпожа Фортъ-Фортша.

    МАРЬЯ.

    Прости сударь, я въ великомъ восхищеньи, что одержала побѣду надъ такимъ высокимъ кавалеромъ.

    АНДРЕЙ [въ сторону.]

    Подлинно съ головы высокъ я по твоей милости, проклятая побѣдительница! [Марья уходитъ.]

    ЯВЛЕНІЕ 9.
    АНДРЕЙ [одинъ.]

    Ушла. — - — Едакую Богъ послалъ сожительницу, чортъ меня догадалъ послушаться. барина, лучше бы я не испытывалъ, лучшебъ я не зналъ ни тово ни другова; а то вотъ теперь сталъ съ рогами, да еще самъ ихъ и щупаю. — - — - Проклятая жена! Я такъ теперь на нее сердитъ — - — такъ сердитъ, что естьли бы она въ сію минуту попалась мнѣ въ руки, естьли бы она ползала у ногъ моихъ, плакала, рыдала, [съ скоростію] ябъ ее — - — - ябъ ее [тихимъ голосомъ] простилъ, простилъ бы негодяйку; а себя бы прибилъ до полусмерти, для чего я такъ жалостливъ; да полно жалость въ такомъ случаѣ для бѣдныхъ мужей послѣднее утѣшеніе.

    ЯВЛЕНІЕ 10.
    ДОБРОМЫСЛЪ, ПРОСПѢХЪ и АНДРЕЙ.
    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Какова еще желаешь ты опыта, она тебѣ вѣрна, тебя любитъ, словомъ ты наищастливой мужъ въ свѣтѣ.

    ПРОСПѢХЪ.

    Наищастливой, ахъ! Ето ты думаешь, но можетъ быть то, чево пышность и нѣжность не могли произвести въ сердцѣ, угрозы и страхъ произвести удобны; я тебѣ много обязанъ; но желалъ бы еще испытать ее тобой.

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Еще!

    АНДРЕЙ [тихо.]

    То-то неугомонная головушка.

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Какое твое намѣреніе? Къ чему оно служитъ?

    ПРОСПѢХЪ.

    Къ тому — - —

    АНДРЕЙ [тихо.]

    Чтобъ быть съ рогами.

    ПРОСПѢХЪ.

    Чтобъ удостовѣришься подлинно объ ея ко мнѣ горячности, и — - —

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    И быть ее недостойнымъ подозрѣвая добродѣтель такой супруги, которая безъ слезъ и вздоховъ не можетъ произнести твоево имяни. Несправедливой другъ! какое имѣешь ты сердце, возможно ли то огорчать, что мы любимъ?

    ПРОСПѢХЪ.

    Но можетъ быть ее любовь…

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Любовь ее къ тебѣ безмѣрна. Она постоянствомъ служитъ примѣромъ своему полу: а ты еще медлишь повергнутся къ ногамъ ее, и омыть ихъ радостными и благодарными слезами. Къ чему намъ искать огорченія, когда мы можемъ ево избѣгнуть, и наслаждаться тишиной и спокойствіемъ?

    ПРОСПѢХЪ.

    Нѣтъ, мой другъ! я не могу ей такъ скоро показаться, я уже рѣшился испытать ее угрозами, страхомъ и надѣюсь, что твоя дружба — - —

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Чево ты отъ меня требуешь? [въ сторону] Еще видѣть Низмѣну, показаться ей ужаснымъ чудовищемъ, возможно ли!

    ПРОСПѢХЪ.

    Ты колеблешся, мой другъ! прошу тебя, удовольствуй мое любопытство. Поди предстань къ ней въ гнѣвѣ, въ ярости, вооружи своихъ служителей, превратись желающимъ силою — - — Ты смущаешся.

    АНДРЕЙ [сторону.]

    Да пріятно ли умному дурачиться.

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Требованія твои ужасны, заставить себя ненавидѣть, — Низмѣну! страшиться какъ тирана устремленнова на честь ея, увы! повели мнѣ еще испытывать ея нѣжностію, любовію, я готовъ тебѣ повиноваться, но предстать къ ней чудовищемъ, это свыше человѣчества! нѣтъ, чувствительное мое сердце не способно притворяться ни предъ кѣмъ — а паче предъ твоей супругой.

    ПРОСПѢХЪ [съ холодностію]

    Слова твои меня удивляютъ, ужель? — - —

    ДОБРОМЫСЛЪ [въ сторону.]

    Онъ познаётъ мою тайну; я въ глазахъ ево измѣнникъ!

    ПРОСПѢХЪ.

    Смятеніе твое подозрительно.

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Я тебѣ его обнажаю, зри въ другѣ совмѣстника твоево?

    ПРОСПѢХЪ.

    Что слышу?

    АНДРЕЙ [въ сторону.)

    Вотъ тебѣ попытка.

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Но ты самъ тому источникомъ, ты велѣлъ мнѣ притворяться влюбленнымъ, я тебѣ повиновался, не зря супруги твоей, я надѣялся быть равнодушнымъ: но увы! увидя ее сердце мое возтрепетало, кровь во мнѣ возпламенилась, притворство исчезло; а истинна заступя ее мѣсто языкомъ моимъ изъяснялась, тщетно напоминалъ себѣ дружество, одна нѣжность превосходила другую, я сталъ преступникомъ противъ воли своей, я нещастливъ! Но ты мой другъ! не думай чтобъ я и въ сильномъ стремленіи моей страсти забылъ мою должность; нѣтъ: я ее помню, помню честь мою, которая и въ заблужденіи меня не оставила. Я исполню твое желаніе, предстану къ Низмѣнѣ въ видѣ варвара, принужу себя ужасать ее; мученіе мое будетъ чрезмѣрно, но я тѣмъ накажу себя за слабость. [отходитъ.]

    АНДРЕЙ.

    Вотъ тебѣ шуточки.

    ЯВЛЕНІЕ 11.
    ПРОСПѢХЪ, АНДРЕЙ.
    ПРОСПѢХЪ.

    Добромыслъ — мой другѣ! мнѣ совмѣстникъ, колико я нещастливъ!

    АНДРЕЙ.

    Я больше вашева, да не грущу.

    ПРОСПѢХЪ.

    Нѣтъ: онъ великодушенъ, опасаться мнѣ ево не должно, успокоимся.

    АНДРЕЙ.

    А мнѣ и подавно, по тому что я самъ себѣ совмѣстникъ.

    ПРОСПѢХЪ.

    Время и разсужденія изгонятъ тотъ ядъ изъ сердца его, которой дѣлаетъ ево преступникомъ, пускай исполнитъ свое обѣщаніе, испытаетъ Низмѣну! честолюбіе не поколебало ея твердости, благополучіе мое будетъ совершенно, ежели и стархъ толико свойственной ихъ полу, будетъ къ тому не удобенъ.

    АНДРЕЙ.

    Сы, ры — - — Они идутъ сударь!

    ПРОСПѢХЪ.

    Боже! соверши мое благополучіе!

    АНДРЕЙ.

    Боже! пощади глупость моево барина!

    ЯВЛЕНІЕ 12.
    НИЗМѢНА, МАРЬЯ,
    МАРЬЯ.

    Стыдно сударыня, стыдно, что вы упустили изъ рукъ такова сокола.

    НИЗМѢНА.

    Какъ, ты хочешь чтобъ я радовалась такой побѣдѣ?

    МАРЬЯ.

    Безъ сомнѣнія.

    НИЗМѢНА.

    Ахъ! любовь его ко мнѣ ни что иное какъ мученіе мое; такая побѣда лестна для тѣхъ только, которые отъ ложнова блеску думаютъ получишь себѣ славу: но здравой разсудокъ не можетъ находить въ томъ своего удовольствія.

    МАРЬЯ.

    Съ такой притворчивостію женщины проводятъ дни свои очень печально. Я сама люблю кротость: но ето только тогда, когда она имѣетъ видъ веселости.

    НИЗМѢНА.

    Возжигать и питать пламень, не будучи въ состояніи облегчишь его безъ стыда и нискости, не то ли ето, чтобъ дѣлать людей нещастными? радоваться такому преимуществу, не прямое ли желаніе забыть человѣчество?

    МАРЬЯ.

    Что касается до меня, я признаюсь, что я чувствую себя женщиной; любовникъ, которова я уловила въ мои сѣти, всегда льститъ моему честолюбію. По этому сударыня! по вашему мнѣнію вдова, которая выходитъ за мужъ, дѣлаетъ великое преступленіе? — - —

    НИЗМѢНА.

    Я етова не думаю; а ни хочу внимать ни чьей любви, для тово, что люблю навсегда Проспѣха.

    МАРЬЯ.

    Проспѣха! Проспѣхъ въ свое время былъ хорошъ, то есть когда былъ живъ; а теперь череда князя; человѣкъ такова виду, такова стану, такой знатности, богатства, конечно сдѣлаетъ жизнь вашу наипріятнѣйшею.

    НИЗМѢНА.

    Нѣтъ: ежели я и вступлю съ нимъ въ союзъ, то блескъ красоты ево и пышности не будетъ во вѣкъ способенъ прельстить моего сердца, и удовлетворить моихъ желаній; пышность и красота часто скрываютъ въ себѣ наигнуснѣйшіе пороки, подъ блистательной наружностью приманчивыхъ прелестей. Хорошева виду мужчины рѣдко имѣютъ къ намъ справедливую привязанность; нѣжные обожатели собственныхъ своихъ достоинствъ, имѣютъ только глаза себя разсматривать слѣпо, и удивляться себѣ; когда же мы ихъ любимъ, тогда ихъ гордость побуждаетъ думать, что сердца наши, любя ихъ, исполняютъ только свою должность.

    МАРЬЯ.

    О! съ етѣмъ княземъ, который васъ столько любитъ, не должно вамъ ничево опасаться.

    НИЗМѢНА.

    Я ничего не опасаюсь, ничѣмъ не прельщаюся, оплакиваю здѣсь предмѣтъ всей моей горячности; уединеніе мое приноситъ мнѣ въ тысячу кратъ больше пріятностей, нежели все великолѣпіе пьппнова двора.

    МАРЬЯ.

    Однакожъ честолюбіе принадлежитъ душамъ хорошимъ; мы — - — Что это! — - — кричатъ. [За кулисами крикъ.]

    НИЗМѢНА.

    Что это значишь!

    ЯВЛЕНІЕ 13.
    Тѣжъ и АКИМЪ.
    АКИМЪ.

    Воры! — - — воры! — - — разбой! — - — разбой!

    МАРЬЯ.

    Ахъ сударыня!

    НИЗМѣНА.

    Что такое?

    АКИМЪ.

    Пропали боярыня! — - — пропали! — - сгинутъ наши головушки безъ покаянія, сгинутъ!

    НИЗМѣНА.

    Да скажи скорѣе, что такое?

    АКИМЪ.

    Вонъ тамъ! — - — тамъ! — - — языкъ не воротится! — - — близко! — - — невѣдь сколько солдатъ, фузей — - — копьевъ — - — дубинъ, кольевъ — - ухъ! — - вонъ они! — - [прячется.]

    ЯВЛЕНІЕ 14.
    ТѢЖЪ и ДОБРОМЫСЛЪ. [съ множествомъ вооруженныхъ людей.]
    МАРЬЯ.

    Ахъ! Боже мой!

    НИЗМѢНА.

    Онъ здѣсь еще?

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Здѣсь неблагодарная! и ни то здѣсь, чтобъ показать власть мою надъ тобою.

    НИЗМѢНА.

    О небо!

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Обуздать твое упрямство — Не думай избѣгнуть рукъ моихъ, — - — говори, слѣдуешь ли мнѣ добровольно?

    НИЗМѢНА.

    Такъ ты и силы не имѣлъ скрывать долѣе звѣрства своего, подъ видомъ чувствительнова сердца? Варваръ! какъ осмѣливаешься-думать, что угрозы твои способны поколебать мою твердость — - — мою душу, преданною навсегда супругу моему — - — устыдись.

    ДОБРОМЫСЛЪ [въ сторону.]

    Какое принужденіе! [ставши на колѣни] Нѣтъ; я не варваръ, я тотъ же нѣжной и чувствительной любовникъ, которой страждетъ отъ твоей жестокости; разполагай моей душею, ты ея владычица — - — не будь толико неблагодарна!…

    НИЗМѢНА.

    Ты хочешь, чтобы я была неблагодарна, когда требуешь отъ меня такова сердца, которое по всѣмъ правамъ нѣжности принадлежитъ моему мужу.

    ДОБРОМЫСЛЪ [вставши.]

    Твоему мужу, которова уже нѣтъ на свѣтѣ — - — жестокая! — тщетно защищаешь холодность свою непобѣдимою вѣрностью къ законной должности. Не мужъ, иной предмѣтъ занимаетъ мѣсто въ сердцѣ твоемъ, ты…

    НИЗМѢНА.

    Постой: оскорбляя меня безразсудной страстью, не оскорбляй добродѣтели моей; слова твои меня не ужасаютъ, но возбуждаютъ жестокость противу твоей дерзости.

    ДОБРОМЫСЛЪ [въ сторону]

    Твердость ея поражаетъ меня болѣе.

    АНДРЕЙ [въ сторону.]

    Эта и дубинъ не боится.

    НИЗМѢНА.

    Оставь меня въ уединеніи моемъ, не мысли нарушить должности моей, которую я исполняю, оплакивая смерть любезнаго мнѣ супруга, не льстись торжествовать свирѣпствомъ; когда нѣжность твоя не могла потревожить постоянства моего, то можноль, чтобъ жестокость въ томъ успѣла? Добродѣтель угрозъ и лютости не страшится, она не знаетъ ужаса, кромѣ одново преступленія. [Хочетъ уйти.]

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Постой. [въ сторону] Я внѣ себя!

    НИЗМѢНА.

    Не умножай больше моего къ тебѣ презрѣнія.

    ДОБРОМЫСЛЪ [къ слугамъ.]

    Остановите еіо. — - — —

    НИЗМѢНА.

    Какъ! ты дерзаешь лишать меня вольности, когда я не въ силахъ защищаться — Безчеловѣчной! чудовище!

    ДОБРОМЫСЛЪ [въ сторону.]

    Какія наимянованія!

    НИЗМѢНА.

    Страшись.

    ДОБРОМЫСЛЪ [слугамъ.]

    Я укрощу твою гордость, приступите.

    МАРЬЯ [слуги выступая въ передъ.]

    Ахъ!

    АКИМЪ.

    Ухъ! не прострѣлили ли меня!

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Повлеките сію нещастную.

    НИЗМѢНА.

    Чтобъ я предалась живая въ руки мучителя! — - — тирана! — - — нѣтъ: етѣ мѣста, въ которыхъ глаза мои проливали слезы о дражайшемъ мнѣ супругѣ, — гдѣ вздохи и стенанія мои раздавались по воздуху, будутъ въ сіюжъ минуту гробомъ наивѣрнѣйшей ему супруги. [Выдергиваетъ у Добромысла шлагу, хочетизъ заколоться. Добромысл удерживаетъ.]

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Ахъ! что ты дѣлаешь?

    НИЗМѢНА.

    Я слѣдуя части моей, иду соединиться съ любезнымъ моимъ Проспѣхомъ….

    ЯВЛЕНІЕ 15.
    ТѢЖЪ и ПРОСПѢХЪ.
    ПРОСПѢХЪ [вбѣгаетъ скоро и бросается на колѣни.]

    Дражайшая супруга!

    НИЗМѢНА.

    Что я вижу? — - — [падаетъ въ обморокъ.]

    МАРЬЯ.

    Боже!

    АКИМЪ [увидя Проспѣха.]

    Фу! теперь полегче..

    ПРОСПѢХЪ.

    Твоево мужа, которова ты умершимъ почитаешь: но онъ живъ — - — онъ предъ тобою; семилѣтней плѣнъ ево лишая твоихъ взоровъ, умножилъ болѣе ево къ тебѣ горячности — - —

    НИЗМѢНА.

    О небо! — - — тебя ли я вижу, Проспѣхъ ли предо мною? не мечта ли меня обольщаетъ — - — - дражайшій супругъ! ты живъ еще — - — -я тебя обнимаю — - —

    ПРОСПѢХЪ.

    Я живъ: я сберегъ жизнь мою, чтобъ тебѣ ею жертвовать, чтобъ посвятить ее твоему удовольствію.

    НИЗМѢНА.

    Небо тебя мнѣ возвращая, возвращаетъ мое спокойствіе, мое щастіе; я восхожу на верхъ отрадъ моихъ, вижу вторично свѣтъ тобою. — - — Увы! минуту послѣ, ты бы здѣсь нашелъ умершую твою Низмѣну! взгляни на сего варвара, которой устремляясь на мою вольность, былъ бы причиною моей смерти — - —

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Довольно ли я наказанъ, довольно ли ты отмщенъ — - — мой другъ? — - —

    НИЗМѢНА.

    Твой другъ! — - —

    ПРОСПѢХЪ.

    Такъ, обожаемая супруга! онъ мой другъ; любовь его къ тебѣ былъ мой вымыслъ, испытать твою вѣрность.

    НИЗМѢНА.

    Что слышу! — - —

    МАРЬЯ [тихо.]

    Вотъ еще какія затѣи.

    НИЗМѢНА.

    Ты во мнѣ сомнѣвался, ты могъ минуту подозрѣвать мою вѣрность — - — - Ахъ Проспѣхъ! это ли воздаяніе за всю мою къ тебѣ горячность?

    ПРОСПѢХЪ.

    Я не оправдаюсь; стыдъ мой за тебя мнѣ отмщаетъ; чрезмѣрная моя къ тебѣ любовь была тому источникомъ. Будучи семь лѣтъ съ тобой въ разлукѣ, знавши что ты щитаешь меня умершимъ, я подозрѣвалъ тебя, хотѣлъ испытать твое сердце, и въ томъ прошу у тебя прощенія — - — ты добродѣтельна: какое ощущаю удовольствіе нашедъ тебя съ прежней твоей ко мнѣ нѣжностью, туже дражайшую Низмѣну! любезную мою супругу — - — - прости меня! [ставъ на колѣни.]

    НИЗМѣНА.

    Удовольствіе тебя видѣть свыше тово огорченія, которое принесъ ты мнѣ подозрѣніемъ своимъ. — - — - Встань, обойми еще вѣрную тебѣ Низмѣну! — - —

    ПРОСПѢХЪ.

    Великодушная, супруга!,

    НИЗМѣНА.

    Когда мы любимъ виноватова, тогда вина его простительна.

    АНДРЕЙ [въ сторону.]

    А моя бездѣльница и не спроситъ обо мнѣ. — - — —

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Теперь сударыня! простите тово, которой въ угодность другу, — потревожилъ столько духъ вашъ; а онъ довольно уже наказанъ и тѣмъ, что вы нѣсколько минутѣ ево ненавидѣли.

    НИЗМѢНА.

    Вы не виновны, когда дружество къ тому васъ принудило.

    ДОБРОМЫСЛЪ

    Я исполнилъ все что тебѣ обѣщалъ, ты щастливъ, я осужденъ мучиться, слабость моя наказана, прости.

    ПРОСПѢХЪ.

    Мой другъ! постой, ужъли ты думаешь — - —

    ДОБРОМЫСЛЪ.

    Не принуждай меня забыть мою должность — - — Будь благополученъ, я постараюсь возвратить мое спокойствіе, и быть тебѣ подобнымъ. — - —

    ПРОСПѢХЪ.

    Пойдемъ дражайшая супруга, удержимъ ево, ежели возможно; онъ намъ другъ! [скоро оба уходятъ.]

    ЯВЛЕНІЕ 16.
    АНДРЕЙ, АКИМЪ и МАРЬЯ.
    АКИМЪ.

    Насилу душа вскочила. Ай! что ни пущей-то сатана и остался! — - — давай Богъ ноги. — - — [бѣжитъ вонъ.]

    АНДРЕЙ [въ сторону.]

    Едакъ усы мои пугаютъ.

    МАРЬЯ [въ сторону.]

    Спросишь было у него про своего муженька.

    АНДРЕЙ [въ сторону.]

    Теперь моя череда.

    МАРЬЯ.

    Не знаешь ли господинъ фортъ-фортъ, куды дѣвался слуга господина Проспѣха Андрей?

    АНДРЕЙ [въ сторону.]

    Эвося спохватилася. Івъ слухъ] Андрей?

    МАРЬЯ.

    Да.

    АНДРЕЙ.

    Нѣтъ, не знаю. Э! да я и позабылъ, это конечно ты спрашиваешь о томъ пьяницѣ, плутѣ, ворѣ, которой всѣхъ насъ въ арміи обокралъ, и все пропилъ?

    МАРЬЯ.

    Я думаю что это онъ.

    АНДРЕЙ [въ сторону].

    Едакъ афарифонтила.

    МАРЬЯ.

    Такъ чтожъ, онъ живъ или сударь умеръ?

    АНДРЕЙ.

    Развѣ онъ тебѣ съ родни?

    МАРЬЯ.

    Нѣтъ — - я — - такъ — - объ немъ спросила.

    АНДРЕЙ [въ сторону.]

    Она ужъ отъ меня и отпирается; нѣтъ силъ больше терпѣть — - — откроемся — - — [снимаетъ съ себя все, а между говоритъ въ сторону.]

    МАРЬЯ.

    Глупа бы я была, ежелибъ я ему призналась замужнею, имѣвши случай слыть дѣвкою; о! я очень чувствую свои преимущества. [подходитъ къ нему на него не смотря.] И такъ сударь етотъ Андрей? — - —

    АНДРЕЙ.

    Етотъ Андрей передѣ тобой госпожа бездѣльница!

    МАРЬЯ.

    Ахъ!

    АНДРЕЙ

    Ахъ! — - — что? что, развѣ тебѣ фортъ фортъ больше не нравится?

    МАРЬЯ [будто плачетъ.]

    Любезный мой супругъ!

    АНДРЕЙ.

    Она же и плачетъ….

    МАРЬЯ.

    Для чево ты такъ долго мнѣ не открывался?

    АНДРЕЙ.

    Для того госпожа лисица, что ты великая плутовка — - — что ты проказлива какъ кошка, а труслива какъ заецъ.

    МАРЬЯ [хочетъ обнять ево.]

    Можно ли тебѣ было минуту подозрѣвать ною вѣрность?

    АНДРЕЙ.

    Твою вѣрность къ господину фортъ-форту конечно, которому ты говорила: [передражниваетъ ее голосомъ] Я очень рада, что получила побѣду надъ такимъ высокимъ кавалеромъ. — Что, забыла?

    МАРЬЯ.

    Не ужъ ли ты за ету бездѣлицу разсердился?

    АНДРЕЙ.

    Какъ! ты хочешь, чтобъ я былъ съ рогами, да еще и похвалялъ тебя — не разсердился.

    МАРЬЯ.

    Ахъ Андрей! какъ ты несправедливъ! должно ли меня обвинять, когда я все это говорила отъ страху, боясь чтобъ ты меня не убилъ до смерти?

    АНДРЕЙ [смягчась.]

    Отъ страху?

    МАРЬЯ

    Конечно: способна ли я къ измѣнѣ, можно ли мнѣ забыть тебя?

    АНДРЕЙ [въ сторону.]

    И подлинно, это станется — - — но Акимовы слова о нѣтъ! ты — - — ты меня обманываешь.

    МАРЬЯ.

    Ахъ Андрей! это ли воздаяніе за всю мою къ тебѣ горячность — - — за мои слезы?

    АНДРЕЙ.

    За твои слезы, которыя ты проливала по сосѣднимъ деревнямъ — - — съ своими кумовьями?

    МАРЬЯ.

    Что я слышу! — - — кто ето тебѣ сказывалъ — - — кто донесъ такую на меня напраслину?

    АНДРЕЙ.

    Акимъ, сударыня! Акимъ.

    МАРЬЯ.

    Акимъ! такъ ты меньше вѣришь мнѣ, нежели Акиму мужику?

    АНДРЕЙ.

    Конечно, по тому что въ немъ простота мужицкая, а въ тебѣ затѣи барскія. — - —

    МАРЬЯ.

    Вотъ какъ нещастливы тѣ жоны, у которыхъ мужья бываютъ въ отсутствіи — - — вотъ сколько ихъ поносятъ злословники — - — Нещастныя жоны! [плачетъ.]

    АНДРЕЙ [въ сторону.]

    Чортъ знаетъ чему вѣрить, своимъ глазамъ, или ее слезамъ, Акимовой вѣсти, или ее лести. — Но не ужъ ли она плачетъ притворно — - — чему дивишься! хитрая жена таже сатана — - -однако и ревнивой мужъ не уступишь чорту. [въ слухъ] И такъ Акимъ на тебя всклепалъ?

    МАРЬЯ.

    Я ему прощаю.

    АНДРЕЙ.

    Фортъ форта полюбила ты отъ страху?

    МАРЬЯ.

    Ты еще сумнѣваешься.

    АНДРЕЙ.

    А плачешь отъ радости, что меня увидѣла?

    МАРЬЯ.

    Неблагодарной! ты слезъ моихъ не достоинъ.

    АНДРЕЙ.

    Такъ будто и въ правду я нахожу въ тебѣ ту же вѣрную мнѣ Марьюшку, мою цѣломудренную жонушку.

    МАРЬЯ.

    Сумнѣвайся еще — радуйся мученію моему.

    АНДРЕЙ.

    О! милая моя горлица, я тебѣ вѣрю, простижъ меня, будемъ жить по прежнему, ладно, мирно и весело.

    МАРЬЯ.

    Удовольствіе тебя видѣть, свыше тово огорченія, которое принесъ ты мнѣ подозрѣніемъ своимъ.

    АНДРЕЙ.

    Ты постоянна и великодушна.

    МАРЬЯ [въ сторону.]

    Насилу я ему очки вставила.

    АНДРЕЙ.

    Ты — - —

    МАРЬЯ.

    Тише, Господа идутъ.

    АНДРЕЙ [въ сторону.]

    Фу! какъ я доволенъ, что она оправдалась.

    ЯВЛЕНІЕ ПОСЛѢДНЕЕ.
    ПРОСПѢХЪ, НИЗМѢНА, АНДРЕЙ и МАРЬЯ.
    ПРОСПѢХЪ

    Прозьба наша осталася безплодна.

    НИЗМѣНА.

    Я сожалѣю, что могла быть причиною его мученія.

    МАРЬЯ.

    Ништо ему сударыня, онъ наказанъ за дѣло, впередъ не станетъ исполнять безразсудныхъ требованій друзей своихъ.

    ПРОСПѢХЪ.

    Нещастіе ево, которому я причиной, раздираетъ мою душу, и я до тѣхъ поръ, буду лучиться совѣстію, пока ево не увижу спокойна.

    МАРЬЯ.

    О! ежели такъ, такъ и вы наказаны: угрызеніе совѣсти въ сердцѣ честнова человѣка такая епитимья, которая тяжелѣ нежели полость изъ Москвы до Кіева.

    ПРОСПѢХЪ.

    Я это чувствую.

    НИЗМѢНА.

    Но успокоимся любезный Проспѣхъ! разсудокъ и добродѣтель возвратятъ ему прежнюю вольность, и онъ съ тѣмъ же дружествомъ придетъ съ нами раздѣлить удовольствіе наше; такая любовь страшна только въ испорченныхъ сердцахъ, но въ великодушныхъ она нещастіе, достойное сожалѣнія.

    ПРОСПѢХЪ.

    Тогда я совершенно буду благополученъ!

    НИЗМѢНА.

    Пойдемъ любезный Проспѣхъ, возблагодарить небо, что мы другъ друга видимъ, и столько же любимъ.

    ПРОСПѢХЪ.

    Милосердіе ево превосходитъ всю мою благодарность; а постоянство твое служитъ примѣромъ всему свѣту. [Уходятъ.]

    АНДРЕЙ

    И твое: пойдемъ же и мы съ тобою, возблагодарить небо! ты вѣрна, я вѣренъ, не надобно лучше; однако запрещаю другу и недругу, испытывать жену свою. Это такой опытъ, которой часто дѣлаетъ насъ изъ слѣпыхъ безумными.


    Конецъ комедіи.