ВЭ/ВТ/Драгомиров, Михаил Иванович

Драгомиров, Михаил Иванович
Военная энциклопедия (Сытин, 1911—1915)
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Двина Западная — Елец. Источник: т. 9: Двина Западная — Елец, с. 203—207 ( скан ) • Другие источники: БСЭ1 : МЭСБЕ : ЭСБЕ : Britannica (11-th) : OSNВЭ/ВТ/Драгомиров, Михаил Иванович в дореформенной орфографии


Dragomirov Mikhail Ivanovich.jpg
ДРАГОМИРОВ, Михаил Иванович, г.-ад., ген. от инф., чл. Гос. Сов., изв. воен. писатель, мыслитель и педагог, происходил из потомств. дворян Черниг. губ. Род. 8 нбр. 1830 г. близ г. Конотопа, в хуторе отца, Ив. Ив. Д., к-рый в молодости служил в одном из драг. полков и участвовал в походах 1812—14 гг. Д. еще при жизни отца отказался от наследства в пользу своих сестер, но отец, желая сохранить за своей фамилией хоть нек-рую часть земли, настоял на том, чтобы сын получил хутор с землею в 140 дес. Д. очень любил этот хутор, напоминавший ему детство. Отец Д., набожный человек, построил в Конотопе церковь во имя "Сорока мучеников" и в ней Д., мальчиком 10 лет, читал псалтырь; в ограде этой же церкви он и похоронен 18 окт. 1905 г. Воен. образование Д. получил в Дворян. п., окончив в нём курс фельдфебелем в 1849 г. "из отличнейших" и имя его занесено на мрамор. доску. Выпущенный в службу прап. в л.-гв. Семен. п. в 1849 г., Д. весь отдался книгам и в 1854 г., в чине поручика, б. принят в Имп. воен. ак-мию, к-рую окончил в 1856 г. по 1 разряду, с награждением зол. медалью и с занесением имени на мраморную доску. Отправленный в деп-т ген. штаба, Д. б. причислен к ген. штабу с назначением на службу в гв. ген. штаб и за отлич. успехи в науках б. произв. в 1857 г. в шт.-кап. В 1856 г. Д. написал свои первый труд: "О высадках в древние и новейшие времена", к-рый до наст. времени является единственным по своей полноте и глубине истор. исслед-нием о десант. операциях. В 1858 г. Д. б. переведен в гв. ген. штаб и в том же г. б. командирован от ак-мии на 1 год за гр-цу для изучения воен. дела вообще и, в частности, для собирания сведений по тактике. Во время пребывания Д. за гр-цей вспыхнула авст.-итал.-франц. война 1859 г. Д. дано б. разрешение состоять при штабе Сардинской армии. Из загранич. команд-ки Д. возвратился в 1859 г. и представил отчет и "Очерки авст.-итал.-франц. войны 1859 г.", в к-рых, кроме описания воен. событий, обратил серьез. внимание на свойства армий воюющих сторон, всюду выделив и подчеркнув влияние нравств. их выработки на успешность действий. Т. обр., уже в этом труде Д., как и в друг. своих работах, исполненных во время пребывания в Сен-Сирской школе в 1858 г., проявляет склонность видеть глав. причину побед и поражений в нравств. свойствах армии и её начальников. Видимо, к этому же периоду жизни Д. следует отнести выработку в нём убеждения, к-рое он впоследствии выразил словами: "в военном деле, скорее волевом, чем умовом, на первом месте стоит человек с его нравств. энергией". Видимо, в это уже время сложилось в нём и другое убеждение, что солдата надо "не муштровать, а воспитывать", при чём восп-ние должно относиться как к физическим, так и особенно к нравств. его силам. Д. по этому поводу всегда утверждал, что "надо практиковать моральную сторону, как и физическую". Несомненно, что рано уже излюбленный им Суворов, с его воспитат. идеями, сделался для молодого ученого путевод. звездою в деле выработки его воен. взглядов. В 1860 г. Д. б. назн. ад.-проф-ром тактики в Ник. ак-мии ген. штаба, с оставлением в гв. ген. штабе; в том же году он б. произв. в кап. и в 1863 г. утвержден проф-ром тактики той же академии. С 7 янв. 1861 г. по 11 июля 1863 г. Д. читал курс тактики Е. И. Выс., Насл. Цесаревичу. В основу преподавания б. положено теоретич. изучение предмета, а затем постепен. переход к решению задач, начиная с более простых; изучение тактики и воен. истории заканчивалось письменными рефератами Насл. Цесаревича на темы о восп-нии войск, а также по вопросам приклад. тактики и воен. истории. Собственноручно исполненные многочисленные и объемистые работы Насл. Цесаревича, с приложением к ним лекций, написанных Д., в наст. время хранятся, согласно Выс. соизволению, в Ими. Ник. воен. академии. Отношения Насл. Цесаревича к Д. были самые сердечные; Д. б. предан Ему всей душой. С 1. янв. 1864 г. по 1 янв. 1866 г. Д. читал курс тактики и воен. истории В. К. Александру и Владимиру Александровичам. С 1861 г. началась литерат. деят-сть Д.; его статьи печатались сначала в "Инж. Журн.", "Оруж. Сб." и "Арт. Журн.": в них Д. затрагивает вопросы тактики, назревшие у него под впечатлениями войны 1859 г., стремясь доказать, что новый фактор, нарезное оружие ("нарез"), требует корен. изменения взгляда на всю подготовку армии в мирн. время и, в частности, на систему восп-ния и образ-ния солдата и офицера. Вопрос, какой путь надлежит избрать в образ-нии солдата, он подразделяет на 3 частн. вопроса, а именно: 1) что д. уметь делать солдат, дабы победа над врагом доставалась ему по возм-сти дешевле; 2) какое место во всех занятиях солдата д. б. предоставлено изустн. объяснениям; в какой мере т. наз. "примерным" обучением облегчается действит. изучение предмета и 3) каким образом разл. отделы образования солдата слить в мирн. упражнениях в одно так, чтобы ни один из них не развился за счет других? Д. утверждал, что от более или менее удовлетворит. разрешения на практике именно этих вопросов будет зависеть большая или меньшая пригодность солдата к бою. Все эти вопросы Д. рассматривал исходя из общ. законов психологич. и умовой работы человека, ибо задача восп-ния и образ-ния солдата заключается в решении вопроса: "как рекрута (новобранца) обратить в солдата, т. е. специализировать его, не ломая в нём человека". Такого рода проповедь казалась многим его соврем-кам вредною для армии деят-стью, что причиняло Д. немало жесток. огорчений. Считая причиной переворота во взглядах на подготовку армии назревший нов. фактор, — нарезное оружие, Д. доказывал в то же время, что пуля и штык не м. б. противопоставляемы друг другу; он утверждал, что "пуля и штык не исключают, а дополняют друг друга", при чём первая прокладывает дорогу второму. Исходя из взглядов Суворова, Д. устанавливал, что, не взирая на силу пули, штыку принадлежит в бою "решающее" значение. Горячо проповедуя необходимость нравств. и физич. восп-ния солдата, Д. не менее решит-но настаивал на введении более совершен. приемов обучения; так, он настаивал на предпочтении "показа" рассказу, требовал обучения "с боев. патронами и зарядами", восставал против "увлечения смотрами и парадами", против характера "обучения стрельбе и её смотров". "Выбивание "условий" составляет одно из самых грустн. порождений односторон. стрелк. специализма", — таков был взгляд Д. К этому периоду деят-сти Д. относится выработка им основ. положений для обучения войсков. частей, а также оснований, устанавливающих взаим. отношение строев. уставов к тактике; в этом последнем вопросе Д. выступил прот-ком т. наз. нормал. боев. порядков. В 1864 г. Д. б. произв. в полк., с назначением нач-ком штаба 2-ой гв. кав. д-зии; одновр-но с исполнением нов. обяз-стей, Д. продолжал профессор. деят-сть в академии. С 1866 г. наступил нов. период деят-сти Д. В этом году, по Выс. повелению, он б. командирован воен. агентом в прус. армию на время австро-прус. войны, где и пробыл с 16 июня по 18 авг. 1866 г., и по возвращении в Россию написал очерк "Австро-прус. кампания 1866 г.". Влияние зап.-европ. мысли уже давно сказывалось в литерат. и науч. трудах Д., и после войны 1866 г., философ. оттенок и посылки в область психологии составляют уже не случайные явление в трудах Д., а прочно установившее её обыкновению основывать доказат-ва и выводы не только на данных истории, но и на данных философии и психологии. В 1866 г. Д. б. переведен на службу в ак-мию ген. штаба, где и остался проф-ром тактики др. 1869 г., с отчислением от должности нач-ка штаба 2-ой гв. кав. дивизии. С театра австро-прус. войны Д. писал "Письма из глав. квартиры прус. армии", к-рые печатались в "Рус. Инв.". Генерал-адъютант М. И. Драгомиров.
Генерал-адъютант
М. И. Драгомиров.
После опыта войны 1866 г. стало очевидно, что проповедь Д. нашла себе значит. подтверждение на полях сражений; поэтому к ней стали прислушиваться даже и ярые доселе её противники. Между тем, Д. продолжал работать над исслед-нием вероят. перемен в области тактики, вызываемых распространением "дальнобойного и скорострельного" оружия. Не взирая на усоверш-ния в технике, Д. доказывал, что глав. фактором в боев. деле всегда был и останется человек и что технич. усоверш-ния только усиливают природ. свойства человека, но не видоизменяют их в какие-то новые. Под влиянием опыта войны 1866 г. Д. еще определеннее решал вопрос о взаим. отношении огня и штыка, требуя "штыкового воспитания войск", как высшей нравств. обработки. После войны 1866 г. Д. снова выдвинул вопросы: о глубок. боев. порядке, требуя постоянного изменения его внеш. вида в зав-сти от цели действий и обстановки, ни в каком случае не давая ему чертежа; о сочетании боевых форм с действиемь оружием; наконец, о восп-нии и образ-нии войск в мирн. время в непосред. связи их с тем, что войскам приходится делать на войне. К этому же времени относится и вполне опред. взгляд Д. на значение полев. форт-ции, по к-рому искусств. усиление местности д. приобретать тем большее значение, чем более будет совершенствоваться арт. и руж. огонь, вследствие чего фортифик. работы из дела почти технического, доступного одним спец-стам, д. сделаться общим достоянием пехоты и артиллерии. В этот же период своей деят-сти Д. вывел на свет Божий, после 65-лет. забвения, суворовскую систему обучения атаке и комментировал ею "Науку побеждать". Всматриваясь в быт войск, Д. настойчиво доказывал, что здоровый внутр. порядок в войсках возможен лишь тогда, когда каждый из нач-ков знает свои права и обязанности, когда каждому из них предоставлена соответствующая его сфере доля самост-ности и сопряженной с нею ответ-ности, — одним словом, когда в войсках будут твердо знать и строго исполнять "устав о службе внутренней". В 1866 г. Д. издал "Записки тактики" для воен. уч-щ, а в 1868 г. написал изв. разбор "Войны и Мира" гр. Толстого с воен. точки зрения. Перед франко-прус. войною 1870—71 гг. Д. ратовал против чрезмер. увлечения скорострел. оружием вообще и митральезами в частности; он призывал к сознанию необходимости поставить систему обучения войск выше дела соверш-ния огнестрел. оружия; иначе говоря, находил возможным и полезным только тогда направить глав. внимание на дальнейшее усоверш-ние огнестрел. оружия и введение его в армию, когда дело её боев. подготовки будет доведено до соответствия с требованиями соврем. боя. Вместе с тем Д. предусматривал новые изменения в тактике, вызываемые к жизни введением скорострел. оружия. Такого рода идейное сдерживание стремления постоянно совершенствовать огнестрел. оружие, с целью сначала выработать нравств. стороны армии, вызывало множество нареканий на Д. за его якобы непонимание значения технич. усоверш-ний в воен. деле и за пренебрежение ими. В 1868 г. Д. б. произв. в г.-м. с оставлением в должности проф-ра, а в 1869 г. назначен нач-ком штаба Киев. воен. округа. В 1872 г. Д. б. зачислен в Свиту Е. И. В., а в 1873 г. назначен ком-щим 14-ой пех. дивизией. Став во главе д-зии, Д. повел дело её боев. подготовки в духе теоретически выработанной им системы. Руководящие мысли и поучения его за время команд-ния д-зией изложены им в "Памятной книжке чинов 14-ой пех. дивизии". Приучая себя к самообладанию и спокойствию под пулями, Д., для примера своей д-зии, становился в Бендер. лагере около мишеней и приказывал обстреливать их лучшими стрелками. Работая неустанно над собой и боев. подготовкой своей д-зии, Д. добился блестящ. результатов; все чины его д-зии были бодры духом, втянуты в работу, полны энергии и разумного отношения к своему делу; все нач-ки чувствовали себя на своих местах, твердо понимая и зная свое дело. За время команд-ния д-зией Д. оконч-но выработал систему подготовки войск в мирн. время, в основании к-рой лежали положения: "род занятий определяет склад понятий и характер отношений" и "человек не м. дать более того, на что он способен". В основу выработки солдата Д. клал "требования соврем. войны и боя" и "уважение к закону.", к-рый, "обязывая, в то же время защищает от неправых посягательств". Д. требовал практич. внушения солдату того убеждения, что раз он исполнил свои обяз-сти, его пальцем никто тронуть не может. Сущность взаим. отношений в армии Д. видел в положении, что "каждое право неминуемо должно налагать и извест. обязанность". Сущность воин. дисц-ны, по его учению, заключается в след. положениях: 1) "делай, что нач-во приказывает, но против Государя не делай; 2)без разрешения никуда не отлучайся; 3) если что-нибудь с тобою случится особое, или кто будет подучать на злое дело, докладывай по команде, а при возм-сти злого человека задерживай и представляй". Дисц-на — дело взаимное, т. е. бывает крепка только там, где она существует не только снизу вверх, но и сверху вниз. Военное восп-ние должно касаться не только нравственной, но и физич. стороны человека; при чём и та, и другая требуют одного и того же, т. е. соответствующих упражнений и примера. Не отрицая пользы наказаний, Д. требовал установления "строгой соразмерности дисциплинар. взысканий с характером и сущностью проступков и упущений подчиненного". К солдату Д. предъявлял след. требования: 1) преданность Государю и родине до самоотвержения; 2) дисц-на; 3) вера в нерушимость (святость) приказания нач-ка; 4) храбрость, решит-сть; 5) готовность безропотно переносить труды, холод, голод и все нужды солдатские; 6) чувство взаим. выручки. В основу метода восп-ния и обучения солдат он ставил требования: 1) воспитывать и обучать новобранца, а затем и солдата, соображаясь с общечеловеч. свойствами; 2) сообразовать методы восп-ния и обучения с основ. свойством ума человека расчленять на состав. части всякий предмет, представляющийся цельным; 3) сообразовываться с друг. общим свойством ума человека, в силу к-раго у него, что бы ни заставляли его делать, невольно являются вопросы: почему? зачем?; 4) в обращении ни когда не унижать, а тем более не драться; 5) требования ставить настойчиво и непрерывно наблюдать за их исполнением; 6) помнить, что солдат — человек, и потому для него, как и для всякого человека, ни одна обяз-сть не д. обходиться без соответств. права; 7) кормить солдат по-людски; 8) не изводить на бестолков. работе; 9) в работу втягивать исподволь, не надрывая сил. Условия рационал. обучения по Д. суть: 1) войска следует учить в мирн. время только тому, что им придется делать в военное; 2) учить солдат боев. делу в такой послед-ности, чтобы они из самого хода обучения видели цель всяк. отдела образования; 3) учить преимущ-но примером, т. е. показывать, что и как сделать, прибегая к изустн. объяснениям только в случаях действит. необходимости; 4) показывать войскам тактику в поле по приемам, предвар-но показав кажд. прием начальникам. От оф-ра, как воспитателя и учителя солдата, Д. требовал: 1) быть твердым в тех основах, на к-рых зиждется восп-ние солдата; 2) обладать искрен. преданноетью и любовью к воен. делу; 3) помнить, что люди, к-рые вверены его попечению, не в состоянии применяться к нему, а он к ним д. примениться; 4) быть внимательным к нуждам подчиненных; 5) выработать в себе правил. отношение к закону и приказанию; 6) обратить особ. внимание на то, чтобы прежде и тверже всего внушить солдату обяз-сти и только после того обряды; 7) делить с солдатом тягости службы; 8) уметь держать себя с солдатом. Оф-р-нач-к кажд. ранга д. по Д. удовлетворять след. условиям: 1) общ. знание теории соврем. воен. дела и, в частности, подроб. знание теории и техники, относящихся к тому роду войск, в к-ром служит; 2) преданность Государю и родине до самоотвержения, дисц-на, вера в нерушимость (святость) приказания, храбрость, готовность безропотно переносить все тягости службы, чувство взаим. выручки; 3) способность ориентироваться в окруж. обстановке; 4) решимость принимать на себя ответ-ность за свои действия и распоряжения в тех случаях, когда обстоят-ва не позволяют ожидать распоряжений свыше; 5) частн. почин; 6) привычка представлять себе цель кажд. действия; 7) уверенность в необходимости служить делу, а не лицам, общей, а не собствен. пользе. Подготовка солдата в пехоте, коннице и арт-рии по Д. д. вестись по заранее выработан. программам; в этом именно заключается средство противодействовать односторон. увлечениям. Подготовка войсков. частей д. состоять из след. отделов: 1) строевая — на местности; 2) соединение строя и движений, применимых в бою, с действием оружием на местности; 3) согласование движений и действий частей дан. рода войск с друг. родами войск и применение всего предыдущего к достижению дан. тактич. цели, тактич. подготовки. В отношении тактич. подготовки Д. вполне определенно говорил, "что до тех пор, пока тактика не будет показываема войскам в поле по приемам, и пока всякий новый прием не будет показан самим нач-ком, от войск нельзя ожидать толков. действий на войне". В отдел тактич. подготовки Д. требовал включения практики в актив. применении к местности, а также в атаке и обороне разн. рода местных предметов. Обучая войсков. части тактике, по мнению Д., не следует заниматься воспроизведением "батальных" картин, но необходимо практиковать войска в тех простых действиях (приемах), из сочетания к-рых слагается всякое боев. действие (наступление, оборона) на войне. Венцом боев. подготовки частей Д. считал маневры односторонние и двухсторонние. И те, и другие не м. б. уподобляемы бою. Кажд. маневр заключает в себе то, что войскам придется делать на войне, но вместе с тем кажд. маневр имееть и отличия от того, что делается на войне, ибо в маневре отсутствует действит. опасность, а вместе с нею молчит инстинкт самосохранения. К первому относятся: упр-ние войсками, маневр-ние, исполнение поход. движений, расположение на отдых, развед-ние, охр-ние, связь; служба штабов и др. администр. учр-ний, а также служба интенд-ва, обозов и др. спец. учреждений. В период команд-ния 14-ой д-зией, до рус.-тур. войны 1877—78 гг., Д. продолжал заниматься вопросами тактики, учитывая влияние двух послед. войн (1866 г. и 1870—71 гг.) на эту область воен. иск-ва; свои исслед-ния и взгляды на усоверш-ние тактики он излагал в ряде статей, печатавшихся в разл. воен. журналах под общ. заглавием: "Армейские заметки". 12 апр. 1877 г. б. объявлена война с Турцией, а 14-го Д. с своей д-зией выступил в поход из Кишинева, 17-го перешел границу и вступил в пределы Румынии. Назначенный в голове армии переправляться через Дунай, Д. смотрел на эту операцию, как на первое боев. испытание своей системы подготовки войск в мирн. время. Вот, что писал он в одном из писем (12 июня 1877 г.) из Зимницы: "Пишу накануне великого для меня дня, где окажется, что стоит моя система восп-ния и обучения солдата, и стоим ли мы оба, т. е. я и моя система, чего-нибудь". Переправа удалась блестяще, и Государь лично наградил Д. орд. св. Георгия 3 ст. В конце апр. Д. с д-зией двинулся в глубь Болгарии, к Тырнову, и в авг. того же года участвовал с нею в боях на Шипк. перевале, где 12 авг. б. тяж. ран. пулею в колено прав. ноги, и для излечения отправлен в г. Кишинев. Изв. хирург Н. И. Пирогов высказался за ампутацию ноги; но местн. врачи были иного мнения и своим лечением сохранили Д. ногу. Однако, рана заживала медленно, и нога не сгибалась. Д. томился и оч. горевал, что пришлось покинуть армию. М. Д. Скобелев писал ему из Ловчи: "Поправляйся, возвращайся в верующую в тебя армию и в круг твоих боев. товарищей". Однако, состояние раны этого не позволило. За отличие при обороне Шипк. перевала Д. б. произв. в 1877 г. в г.-л., с утверждением в должности нач-ка 14-ой пех. д-зии; в том же году Д. б. назн. состоять при Е. Выс. гл-щем действ. армиею, с отчислением от должности нач-ка 14-ой пех. д-зии и с оставлением в ген. штабе. Весною 1878 г. Д. переехал в Спб. и б. назн. нач-ком Ник. ак-мии ген. штаба, в том же году назначен г.-ад., с оставлением в должности нач-ка ак-мии и зачислен в списки 53-го Волын. п. 11 лет трудился Д. в ак-мии над расширением её науч. средств, ведя твердой и искус. рукой дело подготовки будущих оф-ров ген. штаба. Его высок. науч. авторитет в связи с доверием к нему армии наилучш. образом разрешали вопрос о жизн-сти и практич. применимости всего, что изучалось в академии. В авг. 1878 г. и в апр. 1879 г. Д. б. командирован в войска Вилен. воен. округа для проверки их одиноч. строев. и тактич. образ-ния, а затем в снт. 1879 г. — в войска Варшав., Киев. и Одес. воен. округов для распространения между ними приемов образ-ния, принятых в Вилен. воен. округе. В 1879 же г. Д. издал учебник тактики, весь курс к-раго б. разделен на две части: "Свойства войск" и "Употребление войск". Обе эти части положены в виде законченной педагогич. системы, к-рая решает 2 вопроса: "чему учить?" и "как учить?" В 1881 г. вышло 2-е издание с нек-рыми дополнениями и изменениями. Оба эти издания служили основой тактич. подготовки наших оф-ров более 20 л., т. к. друг. учебники, появлявшиеся за этот период времени, представляли из себя лишь выдержки из учебника Д., более или менее разработанные в подробностях. В 1883 г. Д., по Выс. повелению, б. командирован во Францию для присутст-ния на осен. маневрах франц. армии, а в 1887 г., по Выс. же повелению, в г. Севастополь и проч. порты Черн. моря для производства сравнит. испытаний средств подвод. мин. обороны в.-инж. и мор. ведомств. В 1889 г. он снова ездил во Францию для ознакомления со свойствами скорострел. ружья Лёбеля. В том же году Д. б. назначен ком-щим войсками Киев. воен. округа. Обучая войска округа, Д., м. проч., требовал от поршневой арт-рии развития скорости огня, предвидя возм-сть появления у вероят. прот-ков новых скорострел. орудий. (Для ознакомления с этими орудиями Д. ездил во Францию в 1899 г.). 30 авг. 1891 г. Д. б. произв. в ген. от инф. Во время команд-ния войсками Киев. округа слава Д., как ученого, писателя, педагога и нач-ка, достигла высш. предела; многие его труды б. переведены к этому времени на иностр. языки; о трудах Д. лестно отзывалась зап.-европ. печать. Разного рода вопросы, касающиеся жизни, службы, быта, обучения и боев. подготовки армии, решались при его участии. Всякого рода "уставы" и "наставления" для войск носили на себе признаки участия Д. в их составлении. В 1900 г. Д. составил "полевой устав", с к-рым в 1904 г. рус. армия выступила на войну с японцами. Отыскивая причины и виновников всех злоключений нашей армии в эту кампанию, нек-рые лица нашли, будто Д. своею системою восп-ния подорвал дисц-ну в армии и будто его "полев. устав" был косвен. причиной наших неудач. Однако, между многими причинами едва ли есть место драгомировскому "полев. уставу" и всему драгомиров. учению, ибо к проведению в жизнь того и другого наша армия почти еще не приступала. В 1898 г. Д. б. назн. Киев., Подольск. и Волын. ген.-губ-ром, с оставлением ком-щим войсками Киев. воен. округа. В 1901 г. Д. пожалован орд. св. Андрея Первозванного, а в 1903 г. б. назн. чл. Гос. Сов. В ночь на 15 окт. 1905 г. Д. скончался в г. Конотопе. До самых послед. дней своей жизни Д. не переставал работать в области воен. литературы. Труды Д.: 1) Сборники статей: 1858—81 гг.; 1858—82 гг.; Четырнадцать лет — 1881—95 гг.: Одиннадцать лет — 1895—1905 гг.; 2) "Солдатская памятка" (изд. 24-е); 3) "Солдатская памятка", с предисловием и изменениями, извлеченными из франц. издания А. Пузыревским, изд. 2-е, для оф-ров, 1891; 4) "Учебник тактики", изд. 3-е, переработанное, 1906. Ч. I: Свойства войск. Курс младш. класса воен. уч-щ. Ч. II. Подготовка войск в мирн. время. Употребление войск. Курс старш. класса воен. училищ; 5) "Опыт руководства для подготовки частей в бою". Ч. I. Подготовка роты, изд. 7-е, дополн., 1896. Ч. II: Подготовка батальона, изд. 4-е, 1901. Ч. III: Подготовка 3-х родов войск ко взаим. выручке, изд. 3-е, исправл. 1896; 6) "Подготовка войск в мирн. время" (воспитание и образование), 1906; 7) "Австро-прус. кампания 1866 г."; 8) "Воен. заметки 1894 г., Наполеон и Веллингтон (полувоен. фелье-тон)", 1907; 9)"Армейский фельетон: По поводу магазин. ружей", 1887; 10) "Сборник руководящих приказов, приказаний и распоряжений ком-щего войсками Киев. воен. округа. С 27 окт. 1889 г. по 1 янв. 1892 г. За 1892—1903 гг. Полн. комплект с 1889 по 1901 гг."; 11) "Дуэли", 1900; 12) "Жанна д’Арк". Очерк (с рис. и черт.), 1898; 13) "Беседы о торговле зерном" Галиани, пер. с франц., 1891; 14)"Учение о войне" Клаузевица. Основ. положения. Пер., 1888. Незадолго перед кончиной Д. приступил к переработке своего учебника тактики, к-рый вышел 3-м, посмерт. изд. в 1906 г. За заслуги перед наукой Д. б. избран почет. чл. Моск. и Киев. унив-тов, состоял почет. чл. конф-ции Ник. ак-мии ген. штаба, а затем почет. в.-през-том той же ак-мии; был почет. чл. Мих. арт. ак-мии; в 1896 г. Д. б. избран почет. чл. швед.-норвеж. королев. воен. ак-мии в Стокгольме.
М. И. Драгомировъ въ 1889 г. (с портета, писан. И. Е. Рѣпинымъ).
В 1900 г. Д., за заслуги в области развития воен. дела, б. избран почет. членом нац. общ-ва "Medailles militaires" во Франции. В память переправы через Дунай 15 июня 1877 г. Д. б. избран почет. гражд-ном г. Систово. Обшир. начитанность Д. во всех областях знания, его разносторон. интерес, его неудержимая кипучая потребность откликаться на все явления жизни, способность проникать в глубь вещей, не увлекаясь их внешностью, большой здравый смысл, углубленный большим житейск. опытом, сильный критич. ум и ум синтетический, блестящий публицистич. талант, едкий сарказм его речей, способность одним метк. острым словом дать. характеристику лиц и событий и выявить их сущность, наконец, самое поведение его, не считавшееся с установившимися шаблонами и этикетом, а свободно и смело, хотя подчас грубо и резко, отражавшее его отношение к людям и их поступкам, независимо от их рангов и служеб. положений, — всё это сделало Д. одним из оригинальнейших крупнейших людей своего времени, популярным во всех слоях общ-ва, и не только в России, но и за границей. С его мнением считались, его острого слова боялись, и оно не исчезало бесследно. По поводу кажд. круп. события воен. жизни напряженно ждали: "а что скажет Д.?" За разрешением всех недоумен. вопросов обращались именно к нему, не стесняясь различием с ним в чинах и служеб. положениях, и Д., исповедуя, что в литературе все равны и нет генералов и подпоручиков, благодушно и радостно принимал все вызовы, разъяснял и полемизировал. Его система обучения и восп-ния войск, его взгляды на воен. дело имели горяч. поклонников и ярых прот-ков; и те и другие складывали о нём целые легенды и рассказывали множество анекдотов, но никто не мог подняться до него в самоотверж. стремлении как можно глубже проникнуть в природу воен. дела и сущность явлений воен. быта, в фанатич. преданности своему делу, в знании свойств рус. армии, в вере его в "чудо-богатырей", воскресить к-рых он хотел осуществлением поучений Суворова. И если заветы последнего ожили в наш. памяти, то этим мы обязаны всецело Д., к-рый первым подошел к нему, не как историк к прошлому, а как практик к вечно живому и настоящему.