ВЭ/ВТ/Воинский дух

Воинский дух
Военная энциклопедия (Сытин, 1911—1915)
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Воинская честь — Гимнастика военная. Источник: т. 7: Воинская честь — Гимнастика военная, с. 2—6 ( commons )ВЭ/ВТ/Воинский дух в дореформенной орфографии
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


ВОИНСКИЙ (военный) ДУХ (Esprit militaire, Kriegs-Geist), означает совокупность всех воин. качеств, присущих истин. воину: мужество и храбрость до забвения опасности; воинственность; благородство (рыцарство); дисциплину (подчиненность, исполнительность, сознание своего долга перед престолом, церковью и отечеством); самоотверженность (самопожертвование); веру в свои силы; в нач-ков и в свою воен. среду (корпорацию); почин, самодеятельность, находчивость и решимость; бодрость; выносливость (труда, лишений и страданий). Все эти качества м. б. частью врожденными, но больше вырабатываются системою воспитания, к-рое д. начинаться с молод. лет воина, а лучше всего с детск. возраста. Большинство этих качеств составляет принадлежность самого народа, из среды к-раго выходит армия; поэтому и подготовка В. духа д. начинаться в этой среде: прежде всего, родителями в семье, затем гос-твом в школе (низш., средн. и высш.) и, наконец, армией в её кадрах мирн. времени, где, служа под знаменами, воин оконч-но формируется и откуда он поступает в запас вооруж. сил гос-тва; если дело воспитания поставлено правильно, то и в запасе, при относ-но неб. усилиях гос-тва и армии, воины сохранят надлежащ. дух. Только при соблюдении этого условия армия, ныне представляющая вооруж. народ, м. обладать хорошим В. духом. В случае войны войсков. части, за немног. исключениями, пополняются на ½ и на ¾, а иногда и целиком, запасными, и, след-но, совершенно недостаточно поддерживать В. д. только в кадрах мирн. времени; он д. жить во всём запасе вооруж. сил, в самом народе. В мирн. время армия является лишь окончат. специальн. школой этого духа, но его основания д. б. заложены в семье и школе. В. д. представлял во все времена отзвук, отражение нравств. состояния народа; последнее зависит от его нравов, обычаев, культуры, цивилизации, — словом, от всего уклада его жизни, как в прошлом, так и в настоящем. Народы знач-но различаются между собою, имея свои расов., национ. и даже племен. особенности; поэтому В. д. разл. армий, основываясь в общем на одних и тех же началах, имеет свои особенности, соответствующие особенностям же народа и эпохи. Дикие первобытные народы обладали В. д. только вследствие инстинктив. чувства личн. самосохранения или из чувства личн. алчности к добыче. Они были храбры, воинственны, но не благородны и совсем не дисциплинированы; то были не воины, согласно соврем. понятиям, а кровожадные и своевольные хищники; это и естественно, т. к. сам народ руководствовался лишь правом силы; нач-ками и полк-цами являлись люди, наиб. одаренные физически. С развитием общественности и гос-твенности, как только зародились чувства любви к отечеству и национ. гордости, последствием чего явилось сознание своего долга, воин становится защитником родины и её верхов. власти и начинает воплощать в себе добродетели самоотвержения и дисц-ны; возникает любовь к славе, гордость и благородство. Мать спартанца, отправляя его на войну, говорит: "Возвращайся со щитом или на щите", т. е. требует, чтобы воин, в готовности жертвовать своею жизнью за родину, или побеждал, или умирал. Римск. легионер обладал еще более соответств. соврем. требованиям В. духом. С падением в народе гражд. добродетелей, с развращением его нравов (роскошь, изнеженность), начинают падать и воин. доблести армии, выставляемой народом; эта армия, вместо побед терпит поражения, а если народ не останавливается в своем падении, то он погибает вместе с своей вооруж. силой, уступая честь и место армии народа, нравственно более сильного. Так погибла слава и доблесть В. д. греков и римлян. Жомини говорит: "Римляне обязаны своим величием смешению гражд. добродетелей с В. д., к-рый проникал все их нравы и учреждения; как только они утратили свои добродетели и перестали считать воен. службу за честь и долг, а предоставили нести ее готам и галлам, погибель гос-тва сделалась уже неминуемой. Горе тому гос-тву, где алчн. герои ценятся более, чем мундир храброго, к-рый жертвует своею жизнью, здоровьем и имуществом в защиту отечества". Армии велик. древн. народов были "чисто народными" и всегда торжествовали над армиями народов, обращавшихся к услугам наем. войск, ибо В. д. последних никогда не мог достигнуть высоты духа армии, вышедшей из народа; при всей храбрости и мужестве наемников, им не доставало сознания интересов того народа, за к-рый они сражались. Подтверждением этого служит результат борьбы между Римом и Карфагеном: несмотря на то, что последний располагал гением Аннибала, ему пришлось сложить оружие перед римск. войсками, воодушевленными любовью к отечеству. В сред. века В. д. испытывал значит. колебания, потому что и вооруж. силы народов сами постоянно видоизменялись, и армии в большинстве случаев перестали быть народными. Эпоха рыцарства, отличающаяся в своем В. д. особен. красотою и благородством, тем не менее была ненормальна, т. к. воинами являлся исключ-но один привилегир. класс народа, относившийся с презрениемь к остал. его классам; рыцари посвящали себя воен. делу не ради высокой цели защиты отечества и власти, а исключ-но из страсти к боев. приключениям; они не воплощали идей самоотверженности и дисциплины, хотя и культивировали отвагу, беззаветность, презрение к смерти, защиту угнетенных и женщин, доходя до степени такого благородства, что отвергали собственно воен. искусство, не признавая, напр., внезапности нападения, а тем более воен. хитрости. В России рыцарства не было, но нечто похожее можно найти в дружинах князей удел. периода Руси; выдающимся представителем такого направления был Святослав, воевавший только ради войны и предупреждавший своих врагов при нападении вызовом: "иду на вы". Широко распространившийся тип наем. войск в Зап. Европе, в виде кондотьеров, ландскнехтов и швейцарцев, также не мог выдержать критики в отношении качеств В. д.; при нек-рых достоинствах, как воины, они не могли быть ими в чистом смысле слова, потому что воевали из личн. интереса, за плату, и мужество их не могло выдерживать наст. боев. искуса. Настоящий В. д. в европ. армиях устанавливается с минуты перехода их к общеобязат. воин. пов-сти, когда армии становятся в полном смысле слова "народными". Нельзя не отметить, что первой всоприняла великую идею Франция, в эпоху революц. войн; ее использовал в полной мере Наполеон, черпавший из населения Франции столько солдат, сколько ему было их нужно для его войн; но затем эта идея б. оставлена фр-зами и методически осуществлялась пруссаками с минуты их разгрома под иеною. Фр-зы же перешли оконч-но к такой системе уже после поражения в 1870 г. В прежние времена на В. д. имела большое влияние практика в боях, т. к. войны велись непрерывно, и в рядах армий всегда находилось достаточно воинов, умудренных опытом, служивших воспитателями и насадителями В. д. среди вновь поступающих контингентов. Теперь, когда войны стали настолько редки, что в рядах войск остается слишком мало или даже совсем не бывает не только солдат, но даже и генералов с боев. опытом, воспитание В. д. стало труднее. Кроме того, при продолж-ности мира, война начинает казаться чем-то невероятным и невозможным; приходится бороться с антимилитаризмом. Если прежде система воспитания В. д. в народе, а затем и под знаменами, грешила в чём-нибудь, то грехи искупались практикой, боев. опытом и продолж-ностью сроков действит. службы; ныне приходится готовиться к войне десятки лет не вынимая меча, обучая в кадрах мирн. времени воинов в 2—3 и даже менее лет, а потому правильность системы воспитания В. д. имеет особен. значение. Чтобы создать доблестный, совершенный В. д. нужно привить воинам массу разнообраз. качеств. Разберем те способы и средства, к-рые м. б. использованы с этою целью, как специально воен. воспитателями, так и гос-твом и народом. Мужество и храбрость прививаются раньше всего воспитанием с молод. лет, для чего служит ныне принятая в Европе система "воен. обучения" молодежи, но, конечно, она д. состоять не в обучении только шагистике и муштре, а в упражнениях в поле, на местности, в виде всякого рода обыкнов. и специально воен. спортов. Воинственность почему-то иногда совсем исключалась из числа элементов, создающих В. д., на том основании, что все они создаются благоустройством армии, являясь чисто результатами воспитания, а воинственность (воинственный дух) есть темперамент, коренящийся в нравах народа, есть, так сказать, исключит. достояние (создание) народ. духа. Это неправильно, потому что большинство и прочих эл-тов В. д. составляет достояние самого народа, и от степени их присутствия в его нравств. облике будет зависеть и степень наличия их в воин. среде. Кроме того, воинст-сть, в высшей степени способствуя развитию и всяких друг. эл-тов В. д., не м. не быть сама одним из необходимейш. между ними. Наконець, под воинст-стью нельзя понимать только один пыл, стремление к ведению боя, драки, а вообще духовн. стремление к воен. делу и к воен. среде; воинств. народ любит свою армию, дорожит её интересами, считает почетным служить под знаменами и даже числиться в рядах армии, не состоя на действит. службе. Наоборот, лишенный всякой воинст-сти народ никогда не будет иметь ничего общего с армией, а пополняя её ряды, лишит и войска В. духа. Народы латин. наций, по сравнению с народами герм. и славянскими, обладают большим пылом в бою, большей самоуверенностью и дерзостью (смелостью), но в общем их В. д. слабее, уступая в дисц-не, самоотверженности, выносливости и презрении к смерти. Сами фр-зы сознают, что воспитание их солдата труднее, чем германского, а в особенности русского. Вновь народившаяся могуществ. яп. армия д. б. поставлена, на основании выдержанного ею серьез. испытания в посл. войне, в ряду армий, отличающихся в самой высокой степени воинст-стью, что является естественным для народа, в к-ром живут и господствуют многочисл. потомки самураев, проведших столетия в непрерыв. кровопролит. и жестоких войнах. Ныне всё воспитание японца с детского возраста состоит в непрестан. поощрении воинст-сти и в развитии уважения, даже поклонения перед воин. доблестью. Благородство, составляющее украшение В. д., также в нек-рой степени врожденно и принадлежит всякому народу. Так, яп. армия, как составляющая отпрыск желт. расы, отличается этим качеством в меньшей степени, чем армии бел. народов, ибо желтым слишком свойственны коварство и вероломство. Но, гл. обр., благородство развивается в рядах армии, являющейся наст. школой воинов в этом отношении. При нынешних кратк. сроках службы всё воспитание лежит на относ-но немногочисл. составе оф-ров и сверхсроч. у.-оф-ров. Вот почему этот состав д. б. сам особенно воспитан в направлении благородства (рыцарства); законы чести и доблести, к-рые не м. б. напечатаны и преподаны какими-нибудь курсами, д. вырабатываться традиционно всей воен. семьей и свято ею собдюдаться; тогда только они войдут в сознание и в жизнь всей массы воинов, проходящих через кадры армии, и заставят их сохранять В. д. на всю дальнейшую жизнь, Т. к. яп. армия переняла от европейцев очень многое, в смысле воспитания своих воинов, то можно думать, что она постепенно переймет и соответств. начала благородства. Дисциплина составляет краеугол. камень В. духа. Будучи поставлена правильно в армии, она всё-таки не достигнет всей своей полноты, если не будет существовать в народе, живя в семье и в школе. Народ, не признающий дисц-ны в своей гражд. жизни, не склонный уважать авторитет своего прав-ства и его власти, никогда не создаст армии, способной побеждать; задача семьи и школы состоит в том, чтобы помогать армии в этом отношении. Эрц. Альбрехт говорит: "Применение строгой, но справедлив. дисц-ны, при отеческой заботливости о кажд. отдел. воине со стороны нач-ков, приобретает им любовь подчиненных, и эта любовь сумеет преодолеть и побороть все дурные страсти и покушения". По словам Гогенлое, "В. д. есть соединение доверия и дисц-ны, оба эти понятия нераздельны; в наше время дисц-на не та, что была в прошлое столетие, когда одна выдающаяся личность предписывала законы, и солдат боялся палки больше, чем пули; дисц-на основана не на одном только страхе наказания, а на доверии к начальникам". Самоотверженность является следствием сознания своего долга; двигателями были и будут всегда: вера в Бога, преданность престолу, сознат. исполнение присяги, любовь к отечеству; широкое развитие этих чувств ведет к тому, что человек перестает бояться смерти и даже считает для себя счастьем и почетом отдать жизнь в жертву своим идеалам. Выдающимся примером служит яп. армия: главнейш. особ-сть мировоззрения яп. воина состоит в его безгранич. воодушевлении во всём, что касается отечества, и в трогат. верности и преданности своему государю; быть полезным своей родине и своему монарху представляет вполне конкрет. цель существования каждого японца, готового всегда принести себя в жертву этой цели; он положительно не боится смерти, ибо в основу его воспитания положена идея о ничтожности существования на земле и, в противоположность этому, о наилучшей доле, когда возможно пожертвовать жизнью за благо родины. Вера в свои силы достигается правил. обучением воен. делу, а также соответств. физич. развитием организма. Вера в начальников составляет самый сильн. двигатель в трудные (критические) минуты боев. обстановки, а таковые повторяются постоянно. Эрц. Карл говорит: "Неотъемлемую принадлежность духа воен. корпорации составляет почитание всего, что исходит от начальников". Это качество достигается талантами и способностью нач-ков действовать на сердце, ум и волю подчиненных. Конечно, если система подготовки командн. элемента в армии поставлена хорошо, то вера в него явится, но влияние на психику воинов составляет особенно удел врожденного таланта. Начиная от Александра Макед., Аннибала, Юлия Цезаря и до более близких нам времен, все воины-полк-дцы действовали в этом отношении отчасти своеобразно, но в общем играли только на таких чувствах воинов, к-рые в дан. минуту были восприимчивее других, будучи в то же время знатоками в смысле понимания народ. идеалов. Напр., Наполеону достаточно было намекнуть на воможность "восстановления Польши", и поляки стремились жертвовать своею жизнью на его глазах; он чаще всего воспламенял славолюб. французов напоминаниями о своих победах. Аннибал привлекал к себе свои наем. армии обещаниями богат. добычи. Суворов воодушевлял войска всем тем, что было всегда так дорого рус. воину: верою, любовью к царю и отечеству. Все мастера воен. искусства влияли на войска и "личн. примером"; однако, в наст. время это могучее средство воздействия на В. д. часто не м. иметь места; войска Наполеона видели его в кажд. сражении чуть не поголовно; в Мукденском же сражении, от начала его до конца, ни одна из яп. армий не видела марш. Ояму, т. к. гл-щий находился в расстоянии неск. переходов от большинства частей и управлял своими войсками исключ-но по телеграфу и телефону. Особенно утверждает В. д. в критич. минуты боев. обстановки "хладнокровие" нач-ка, внушающее полное к нему доверие. Это качество является результатом воен. знаний, восполняющих отсутствие драгоцен. боев. опыта; ныне в особ-сти воен. нач-ки д. неустанно, всю свою жизнь, работать над своим образованием, чтобы не отставать от требований воен. искусства, к-рое, благодаря необыч. прогрессу техники, м. всегда поражать новизною и неожиданностью. Так, в буд. войне, вероятно, придется считаться с совершенно еще новыми, не изведанными на опыте средствами воен. искусства, а именно, с "борьбою в воздухе", воздействие коей на В. д., вероятно, окажется весьма серьезным. Не следует, однако, забывать, что всё же гений полк-ца не м. возместить отсутствие настоящего В. духа. "Многие смешивают В. д. с минут. энтузиазмом и считают, что гениал. полк-дец м. вдохнуть этот дух в свое войско в кажд. данн. минуту. Оба эти положения весьма сомнительны, и их неправдоподобность засвидетельствована историей. Один энтузиазм, не опирающийся на привитом заранее в армии В. д., вызывает в самом счастливом случае опрометчивое удальство, а при малейшей неудаче м. породить панику, при чём на долю несчастливого полк-ца придется весь позор звания изменника, если он не поплатится жизнью за неуспех" (Эрц. Альбрехт). Вера в свою воен. среду достигается воспитанием и больше всего выражается в чувстве "взаимной выручки". Необходимо соблюдать, чтобы в армии не было между её отдел. частями никакой розни. В этом отношении прежде всего д. существовать однообраз. подготовка и однообраз. же прохождение службы всех оф-ров (отсутствие привилегий и протекции), подобно тому, как это существует в Германии, обладающей наилучш. к-сом оф-ров; к такой постановке вопроса стремятся армии всех государств. В особ-сти д. быть единение между отдел. родами войск, что достигается орг-цией из них строев. организмов, в к-рых они д. быть слиты воедино по ком-нию и руководству. "Назначение армии, к-рая ведет тысячи людей к одной общ. высок. цели, требует духа общения и единения не только в одной какой-нибудь организов. части, но и во всей вооруж. массе" (австр. уст. внутр. службы). Почин, самодеятельность и находчивость зависят как от воспитания воина под знаменами, так и от воспитания его, как гражданина. В гос-твах с широко развитою обществ. жизнью и отсутствием мелочной полицейской опеки над гражданином, качества эти развиваются легче и в большей степени присущи армиям. Бодрость д. составлять отличит. черту В. д.; она зависит от нравств. состояния воина, но, конечно, тут играет огром. роль и его физика; только здоровый организм человека м. давать ему возм-сть сохранять бодрость духа при суровой, а часто и тягостной, обстановке боев. жизни. Вот почему народ, стремящийся иметь армию с бодрым В. д., д. заботиться о физич. воспитании своих молод. поколений. И семья, и школа не д. забывать этого, потому что, хотя армия в мирн. время и способствует физич. развитию солдата, но если он попадет в её ряды с слишком слабым организмом, то всё-таки последний, выдерживая службу мирн. времени, откажет в военное. Наконец, соврем. требования, предъявляемые к образованию воина в краткий срок службы, таковы, что вообще исправление немощн. организма невозможно; такие воины являются лишь обузой для армии, как в мирн., так и в воен. время. Бывают воины, к-рые силою своего В. д. одолевают физич. немощь, но это допустимо в отношении лишь единиц (преимущ-но старш. нач-ков), а для массы воинов не м. приниматься в расчет. На сохранение бодрости влияет "снабжение войск" всякими запасами не только в смысле их питания, но и всякого снаряжения, а в воен. время — снабжения боев. припасами; правильность и заботливость в этом отношении одинаково поддерживает, как физич., так и нравств. бодрость В. духа. Выносливость есть, так сказать, поверка состояния В. д., ибо нигде он не проявляется так ярко и резко, как тогда, когда воинам приходится переносить труды и лишения боев. обстановки, физич. и нравств. страдания, иногда же быть свидетелями и самим переживать такие картины и явления, к-рые для не-воина кажутся ужасами, жестокостью и чрезмер. суровостью; воин д. переносить их не только без ропота, но даже не возмущаясь и внутри себя, втайне. Если всё это сопутствуется блестящ. успехом, победами, то, конечно, проявление войсками таких качеств В. д. ценно; оно еще ценнее, когда армии приходится терпеть неудачу, а тем более ряд неудач. Вот почему можно сказать, что, несмотря на проигрыш нами последней кампании, она только подтвердила силу и и доблесть русского В. д.; все иностранцы ставят в заслугу нашей армии ту быстроту, с к-рой она оправлялась и становилась вновь боеспособной после столь серьез. неудач, как Ляоян и Шахэ-Бенсиху, а в особенности после катастрофы и отступления от Мукдена. Надо еще добавить, что армия не имела вождя, к-рый умел бы ее воодушевлять и двигать; наоборот, его авторитет бесповоротно пал после Ляояна и никогда не восстанавливался. Кроме того, нельзя не отдать справедливости и нашим врагам в том, что они были достойны нас, и борьба с ними была весьма серьезна; след-но, сохранение нашими Манчжурскими армиями боеспособности до конца войны, в продолжение более года сплошн. неудач, д. б. приписано именно драгоценным качеством рус. В. духа. Кроме нормал., обязат. факторов, постоянно действующих на состояние В. д. армии дан. народа, бывают еще побоч. обстоят-ства, к-рые м. сыграть круп. роль в этом отношении. К таковым принадлежит иногда и политич. конъюнктура. Когда война непопулярна в народе, В. д. армии всегда бывает ниже, прежде всего потому, что армия, как детище своего народа, разделяет это чувство, а во-вторых, потому, что, как бы беззаветно ни стремилась армия исполнить свой долг, её действия оказываются в нек-рой степени связанными несочувствием ей народа; так было в посл. нашу войну, в особ-сти к концу её, когда пополнение рядами и всякими средствами д. б. считаться с внутр. полит. обстановкой. Правда, против войны были лишь нездоровые и противогосуд. элементы, но и вся масса народа оставалась инертной и не дала им надлежащ. отпора; в конце концов В. д. армии начал страдать. Для популярности и подъема В. д. служит, кроме патриотизма, еще возбуждение чувства злобы и мести к народу, с к-рым армия ведет борьбу. Примером может служить Япония, к-рая вполне сознательно воспитала неск. поколений своих сынов в чувстве непримирим. ненависти к России и, т. обр., задолго до войны подготовила подъем духа нации и армии. Итак, состояние В. д. армии зависит, кроме совершенства самой армии в смысле воспитания и подготовки проходящих через ряды её воинов, еще от след. данных: 1) нравств. качеств народа, из к-рых на первое место надо поставить его воинст-сть, понимая ее в том широком смысле, к-рый указан выше; 2) госуд. уклада и госуд. жизни народа, его госуд. установлений и учреждений, а в особ-сти от системы гражд. воспитания молодежи, — от состояния госуд. (народ.) школы. Монархич. режим всегда способствовал и будет способствовать возвышению В. д., т. к. при нём армия имеет единую славу, освященную религией, историей, чувствами преданности народа, в лице монарха армия имеет пост. вождя, к-рый ей особенно близок и дорог и к-рый, как никто, имеет беспредел. возм-сть и власть заботиться о ней и совершенствовать ее; 3) политич. обстановки гос-тва (народа): имеет ли оно стремление расширить свои пределы или свое политич. влияние; сознает ли оно необходимость самообороны в виду собирающихся кругом него опасностей; испытывало ли оно в своих историч. задачах конкуренцию со стороны других народов; не затаило ли оно идеи возмездия за понесенные поражения или насилия, или, наоборот, находится подавленным, под гнетом пережит. неудач; 4) кроме этого, м. быть еще разл. друг. данные, временные и случайные, предвидеть и не пропустить к-рые составляет долг госуд. людей и полк-цев, дабы воспользоваться ими, как средством для поднятия В. д. в армии и в народе. В переживаемое нами время В. д. получил еще большее значение, чем в не столь отдаленные от нас времена, потому что, хотя вооруж. столкновения происходят реже, но результаты их несравненно решительнее по своим последствиям для народов. Благодаря крайн. напряжению вооруж. средств во всех гос-твах и достижению ими колосс. размеров, нельзя рассчитывать на скорое их восстановление после понесенных неудач; кроме того, эти же средства дадут возм-сть победителю настолько развивать победы и настолько же истощать вооруж. средства побежденного, что спасение отечества подъемом хотя бы и всего народа поголовно, как то было в Испании в 1808—13 гг. и в России в 1813 г., вряд ли возможно; не найдется ни сил, ни средств. След., не только представителям армии, но и всем рус. людям надо постоянно думать и заботиться о сохранении и подъеме В. д., как в кажд. отдел. воине и гражданине, так и во всём войске и во всём народе, ибо нельзя знать, как скоро, когда именно, а м. б., и совсем неожиданно наступит экзамен В. д. и для армии, и для народа.