Белый Лебедь (Бальмонт)/1909 (ДО)


Бѣлый Лебедь

1908. Ночи Зимнія. Долина Березъ.

  1. «Конь къ коню. Гремитъ копыто…»
  2. «Мы оттуда, и туда, все туда…»
  3. «Для чего же и данъ намъ размахъ крыла?»
  4. «Конь и птица—неразрывны…»
  5. «Ночь осенняя темна, ужь такъ темна…»
  6. «Гдѣ же ты? Тебя мы ищемъ…»
  7. «Полоняночка, не плачь…»
  8. «Опрокинулись рѣки, озера, затоны хрустальные…»

Цикл на одной странице


[5]
БѢЛЫЙ ЛЕБЕДЬ.

Посвящаю эти строки матери моей
Вѣрѣ Николаевнѣ Лебедевой-Бальмонтъ,
Чей предокъ былъ
Монгольскій Князь
Бѣлый Лебедь Золотой Орды.

1.

Конь къ коню. Гремитъ копыто.
Пьяный, рьяный, каждый конь.
Гей, за степь! Вся степь изрыта.
Въ летѣ коршуна не тронь.

Да и лебедя не трогай,
Бѣлый Лебедь заклюетъ.
Гей, дорога! Ихъ у Бога
Столько, столько—звѣздный счетъ.

2.

Мы оттуда, и туда, все туда,
Отъ снѣговъ до лѣтней пыли, отъ цвѣтовъ до льда.

Мы тамъ были, вотъ мы здѣсь, вѣчно здѣсь,
Степь какъ плугами мы взрыли, взяли округъ весь.

Мы здѣсь были, что̀ то тамъ, что̀ вонъ тамъ?
Глянемъ въ чары, намъ пожары свѣтятъ по ночамъ.

Мы оттуда, и туда, все туда,
Наши—долы, наши—рѣки, села, города.

[6]
3.

Для чего же и данъ намъ размахъ крыла?
Для того, чтобы жизнь жила.
Для того, чтобы воздухъ отъ свиста крылъ
Былъ видѣньемъ крылатыхъ силъ.

И закроемъ мы Мѣсяцъ толпой своей,
Пролетимъ, онъ блеснетъ свѣтлѣй.
И на мигъ мы у Солнца измѣнимъ видъ,
Станетъ ярче небесный щитъ.

Отъ звѣзды серебра до другой звѣзды—
10 Нашъ полетъ Золотой Орды.
И какъ будто за нами бѣжитъ бурунъ,
Гулъ серебряно-звонкихъ струнъ.

Отъ червонной зари до зари другой
Птичьи крики, прибой морской.
15 И за нами червонны цвѣты всегда,
Золотая живетъ Орда.

4.

Конь и птица—неразрывны,
Конь и птица—быстрый бѣгъ.
Какъ вдали костры призывны!
Поспѣшаемъ на ночлегъ.

У костровъ чернѣютъ тѣни,
Приготовлена ѣда.
Въ быстромъ бѣгѣ измѣненій
Мы найдемъ ее всегда.

[7]


Нагруженные обозы—
10 Въ ожиданіи нѣмомъ.
Безъ вѣщательной угрозы,
Что̀ намъ нужно, мы возьмемъ.

Тѣни ночи въ ночь и прянутъ,
А костры оставятъ намъ.
15 Если жь биться съ нами станутъ,
Смерть нещадная тѣнямъ.

Дѣти Солнца, мы приходимъ,
Чтобы алый цвѣтъ расцвѣлъ,
Быстрый счетъ мы съ міромъ сводимъ,
20 Вводимъ волю въ произволъ.

Тамъ гдѣ были раздѣленья
Заблудившихся племенъ,
Входимъ мы какъ цѣльность пѣнья,
Какъ одинъ прибойный звонъ.

25 Кто послалъ насъ? Намъ безвѣстно.
Тотъ, кто выслалъ саранчу,
И велѣлъ дома, гдѣ тѣсно,
Поджигать своимъ „Хочу“.

Что ведетъ насъ? Воля кары,
30 Измѣненье вещества.
Наряжаяся въ пожары,
Ночь свѣтла и ночь жива.

А потомъ? Потомъ недвижность
Въ должный часъ убитыхъ тѣлъ,
35 Тихой Смерти необлыжность,
Черный коршунъ пролетѣлъ.

[8]


Прилетѣлъ и сѣлъ на крышѣ,
Чтобы каркать для людей.
А свободнѣе, а выше—
40 Стая бѣлыхъ лебедей.

5.

Ночь осенняя темна, ужь такъ темна,
Закатилась круторогая Луна.

Не видать ея, Владычицы ночей,
Ночь темна, хоть много звѣздныхъ есть лучей.

Вонъ, раскинулись узоромъ круговымъ,
Звѣзды, звѣзды, многозвѣздный бѣлый дымъ.

Упадаютъ. Въ ночь осеннюю съ Небесъ
Не одинъ свѣтильникъ радостный исчезъ.

Упадаютъ. Почему, зачѣмъ, куда?
10 Вотъ, была звѣзда. И гдѣ она, звѣзда?

Возсіяла лебединой красотой,
И упала, перестала быть звѣздой.

А Дорога-Путь, Дорога душъ горитъ.
Говоритъ душѣ. А что же говоритъ?

15 Или только вотъ, что есть Дорога птицъ?
Мнѣ ужь мало убѣганій безъ границъ.

Мнѣ ужь мало взять костры, разбить обозъ,
Мнѣ ужь скучно отъ росы повторныхъ слезъ.

Мнѣ ужь хочется двухъ звѣздныхъ близкихъ глазъ,
20 И покоя въ лебедино-тихій часъ.

[9]


Гдѣ-жь найду ихъ? Гдѣ, желанная, она?
Ночь безлунная темна, ужь какъ темна.

Гдѣ же? Гдѣ же? Я хочу. Схвачу. Возьму.
Свѣтятъ звѣзды, не просвѣтятъ въ мірѣ тьму.

25 Упадаютъ. За чредою череда.
Вотъ, была звѣзда. А гдѣ она, звѣзда?

6.

— Гдѣ же ты? Тебя мы ищемъ.
Завтра къ новому летимъ.

— Быть безъ отдыха—быть нищимъ.
Что́ мнѣ новый дымъ и дымъ!

— Гей, ты шутишь? Или—или—
Оковаться захотѣлъ?

— Лебедь бѣлый хочетъ лилій,
Коршунъ хочетъ мертвыхъ тѣлъ.

— А не ты-ли красовался
10 Въ нашей стаѣ лучше всѣхъ?

— Въ утрѣ—день былъ, мракъ качался.
Не смѣюсь, коль замеръ смѣхъ.

— Гей, зачахнешь здѣсь въ затонѣ.
Бѣлый Лебедь, улетимъ!

15 — Лучше въ собственномъ быть стонѣ,
Чѣмъ грозой идти къ другимъ.

[10]


— Гей, за степи! Бросимъ, кинемъ!
Бѣлый Лебедь измѣнилъ.—

Скрылись стаи въ утрѣ синемъ.
20 Въ Небѣ синемъ—звонъ кадилъ.

7.

— Полоняночка, не плачь.
Свѣтоглазочка, засмѣйся.
Ну, засмѣйся, змѣйкой вейся.
Все, что хочешь, обозначь.

Полоняночка, скажи.
Хочешь серьги ты? Запястья[1]?
Все, что хочешь. Только бъ счастья.
Поле счастья—безъ межи.

О, свѣтлянка, поцѣлуй!
10 Дай мнѣ сказку поцѣлуя!
Лебедь хочетъ жить ликуя,
Бѣлый съ бѣлой въ брызгахъ струй.

Поплывемъ,—не утоплю.
Возлетимъ,—коснусь крылами.
15 Выше. Къ Солнцу! Солнце съ нами!
— Лебедь… Бѣлый… Мой… Люблю…

8.

Опрокинулись рѣки, озера, затоны хрустальные,
Въ просвѣтленность Небесъ, гдѣ несчетности Млечныхъ путей.
Свѣтятъ въ ночи веселыя, въ мертвыя ночи, въ печальныя,
Разновольность людей обращаютъ въ сліянность ночей.

[11]


И горятъ, и горятъ. Были вихрями, стали кадилами.
Стали бездной свѣчей въ кругозданности храмовъ ночныхъ.
Моремъ бѣлыхъ цвѣтовъ. Стали стаями птицъ, бѣлокрылыми.
И, срываясь, поютъ, что внизу загорятся какъ стихъ.

Упадаютъ съ высотъ, словно медъ, предугаданный пчелами.
10 Изъ невидимыхъ сотъ за звѣздой упадаетъ звѣзда.
Въ души къ малымъ взойдутъ. Запоютъ, да пребудутъ веселыми.
И горятъ какъ цвѣты. И горитъ Золотая Орда.


1908. Ночи Зимнія.
Долина Березъ.




Примѣчанія

  • Циклъ из восьми стихотвореній.
  1. Браслет, Запястье — ювелирное изделие, надеваемое на руку. (прим. редактора Викитеки)