Открыть главное меню
Эта страница не была вычитана

Всё вещественное только происходит и проходит. Если что есть, то только то, что невещественно.

3) Особенно ясно понял нынче одуряющее влияние «науки», т. е. запоминания чужих мыслей. Ничто так, как это нагромождение чужих мыслей не атрофирует, не умерщвляет так способность иметь свои мысли и уметь управлять ими.

2 Ноября.

Спал хорошо, а всё слаб. Кажется, что я отписался (худож[ественной] работы). Нет сосредоточения на одном. А многое хочется. Вчера ничего, кроме писем, не делал. Довольно легкомысленно беседовал за столом. Вечером с Булыг[иным], Страх[овым], Голд[енвейзером] приятно. Нынче тоже писал письма и читал Ужасы христ[ианской] цивилиз[ации]. Не так хорошо, как я ожидал — узко. Но как форма превосходно. Нынче опять изжога. На душе оч[ень], оч[ень] хорошо. Помоги, Госп[оди] — и помогает. Записывать, кажется, нечего. Не помню, что б[ыло] вечером.

4 Ноября.

Пропустил вчерашний день. Вчера ничего не работал, читал и отмечал в ней места в книге Ламы. Оч[ень] сильно. Попытался писать предисловие — не пошло. На душе весь день было умиленно грустно хорошо, — как ни странно это сказать — радостно. —

Вечером 2 Нояб[ря] оч[ень] важное. Я сказал про то, ч[то] Ч[ертков], если я приеду в Кр[екшино], обещает устроить так переезд через Москву, что меня не увидят. С[офья] А[ндреевна] вдруг вышла из себя. Оч[ень] б[ыло] тяжело. Я, слава Богу, удержался в добре. Прощался целуясь, и оч[ень] хотелось сделать ей что-нибудь особенно приятное. Понимаю эту лучшую радость жизни: за зло заплатить добром, но только понимаю, но сделать не мог ни в тот вечер, ни на другой день. Мог только на словах держаться, но в душе была rancune.[1] И то слава Богу. Можно и дойти. —

————————————————————————————————————

Целый день вчера б[ыл] слаб, ходил гулять в елочки. Писем б[ыло] мало. Вечером играл в карты.

  1. [злопамятство.]
164