Открыть главное меню
Эта страница не была вычитана

5 Авг.

Прошло два дня незаписанных. Вчера вечером приехали разбойники за Гусевым и увезли его. Очень хорошие были проводы: отношение всех к нему и его к нам. Было оч[ень] хорошо. Об этом нынче написал[1] заявление. Пропасть писем. Много просительных, прекрасные письма Александра. Теперь скоро час. Вчера, 4-го, исправлял «Конгресс» и, кажется, почти хорошо. Ездил с Оничкой верхом. Читал всем Ед[иную] Зап[оведь]. Оничка понимает. Третье[го] дня, 3-го. Приехала Вера. Ездил верхом с Он[ичкой] далеко в засеку, плутал. Утром тоже «Кон[гресс»]. Вот и всё. Записать: Нынче думал:

1) Хорошо, нужно помнить ничтожность своего «я» — ничтожность в настоящем смысле, т. е. что «я» телесное есть вполне ничто, а/∞, или ноль. Только я духовное есть нечто: óрган[2] чего-то. Нынче, гуляя утром, особенно ясно понял эту ничтожность — ничтожность и по пространству... бесконечно малой козявки среди бесконечно великого мира, и по времени — вся 80-летняя жизнь — момент, к[отор]ый есть что-нибудь, только когда живешь моментом настоящего. (Не хорошо высказал.)

2) Говорят: не думай о смерти — и не будет смерти. Как раз наоборот: не переставая помни о смерти — и будет жизнь, для которой нет смерти.

3) Отчего Ксантины бывают особенно злы? А от того, что жене всегда приятно, почти нужно осуждать своего мужа. А когда муж Сократ или приближается к нему, то жена, не находя в нем явно дурного, осуждает в нем то, что хорошо. А осуждая хорошее, теряет la notion du bien et du mal[3] — и становится всё ксантипистее и ксантипистее.

С[офья] А[ндреевна] готовится к Стокгольму и как только заговорит о нем, приходит в отчаяние. На мои предложения не ехать не обращается никако[го] внимания. Одно спасение: жизнь в настоящем и молчание.

  1. Зачеркнуто: ст[атью]
  2. Ударение Толстого.
  3. [познание добра и зла]
111