Открыть главное меню
Эта страница не была вычитана

занята черновиками письма о гувернере к детям Толстого, писавшимися в декабре 1877 г. — январе 1878 г.[1]

Вариант 8-й представляет собою часть текста, начало которого утрачено. В утраченной части имелось перечисление переселяющихся домохозяев: 1) Никифора, 2) Давыдки Козлова, 3) Савостьяна, 4) Дмитрия Макарычева и 5) Гавриила Болхина, к которому и относится начальная фраза сохранившегося текста («Он с неделю...»). Все эти крестьяне фигурируют и в 9 варианте. Нужно отметить, что все они — яснополянцы. Внуки и правнуки их и теперь живут в деревне Ясная поляна. Никифор, не названный по фамилии, это Никифор Федорович Резунов (1842—1893), Давыдка Козлов — Давыд Фокич Козлов (1828—1881), Савостьян, не названный по фамилии — Савостьян Макарович Макарычев (1821—1898), Дмитрий Макарычев — его брат, Дмитрий Макарович Макарычев (1817—1884), Гаврюха Болхин — Гавриил Ильич Болхин (1831—1885), Дементий Фоканов — Михаил Максимович Фоканов (1801—1874) и Тит Ермилин — Тит Ермилович Базыкин (1829—1894).

В двух январских письмах (1878 г.) Софьи Андреевны к Т. А. Кузминской находим сообщения о работе Толстого. 14 января С. А. Толстая пишет сестре: «Левочка собирается писать что-то историческое, времен Николая Павловича, и теперь читает много материалов», а 25: «Левочка и сегодня нездоров, кашель, и бок болит, но очень занят своими мыслями о новом романе, и я вижу, что это будет что-то очень хорошее, историческое, времен декабристов, в роде, пожалуй, «Войны и мира». Дай бог ему только поправиться скорее, он часто стал хворать, а то работа пойдет».[2] Что именно читал Толстой в это время, неизвестно, но запись: «Справки о статьях нужных» в Записной книжке А, помеченная 13 января 1878 г. (см. стр. 445) свидетельствует о том, что Толстого интересует уже эпоха не Николая I, а Александра I. 8 февраля Лев Николаевич поехал в Москву за книгами и для того, чтобы завязать знакомство с жившими там декабристами. Накануне отъезда Толстой писал H. Н. Страхову: «Я еду завтра в Москву за книгами. Круг нужных мне книг теперь очень определился, и чего я не найду в Москве, я имею дерзость рассчитывать на вас, о чем мы переговорим».[3]

В Москве, в день приезда, Толстой прежде всего «говорил о деле, т. е. о книгах», с Владимиром Константиновичем Истоминым, историком-дилетантом, печатавшим в «Русском архиве» исторические очерки. Истомин, как писал Лев Николаевич Софье Андреевне, «пропасть дал» ему книг. Это были преимущественно номера «Русского архива» и «Русской старины».[4]

На другой день (9 февраля) Толстой был, по его словам, «у двух декабристов». Кого именно имеет он в виду, сказать трудно. В примечании (1913 г.) к этим словам (в издании писем Толстого к жене) Софья Андреевна

  1. См. описание 10 рукописи, стр. 535.
  2. Письма неопубликованы. Подлинники в ГТМ.
  3. ПС, стр. 150. Письмо нужно датировать 7 февраля. Помета Страхова «8 февраля» очевидно сделана на основании одного из штемпелей на конверте.
  4. См. неопубликованное письмо В. К. Истомина к Толстому от 26 мая 1879 г., хранящееся в ГТМ.
475