Открыть главное меню
Эта страница не была вычитана

волочился, ничего не дѣлалъ. Невозможно было никогда уловить никакого его убѣжденія или вкуса, исключая однаго, что онъ терпѣть не могъ платить за что бы то ни было деньги и былъ убѣжденъ, что никогда не надо звать къ себѣ обѣдать, никогда не надо ставить шампанское и нанимать дорогихъ учителей своимъ дѣтямъ и т. п. —

Только съ однѣми этими убѣжденіями сталкивалась его супруга и убѣдилась, что эти по крайней мѣрѣ были непоколебимы. —

⟨Но мы остановились передъ дверью «⟨умной⟩ комнаты» умныхъ, передовыхъ, либеральныхъ, политическихъ людей, и мнѣ страшно за Иванъ Павловичемъ ввести въ нее читателя. Читатель можетъ быть боится компрометироваться съ этими сорванцами и не любитъ политики. Но успокойтесь, политика и либерализмъ имѣютъ совершенно особенное значеніе въ русскомъ обществѣ 56 года. Политическія новости состоятъ не въ томъ, когда будетъ избраніе, каково оно будетъ, какой новый законъ, каково значеніе этаго закона, какой дипломатическій актъ появится при такомъ то кабинетѣ и какое его значеніе.

Русскія внутреннія политическія новости состоятъ въ свѣжемъ извѣстіи о томъ, кѣмъ была содержана прежде его сiятельства любовница министра, что сказалъ министръ насчетъ производства директора, кто написалъ ходящую по рукамъ рукопись, кто сильнѣе при Д. А. или Б. — и т. д. Всѣ подробности этой политики, Богъ знаетъ, какъ, извѣстны въ умной комнатѣ и иногда даже приводятъ собѣседниковъ къ отвлеченнымъ вопросамъ о[1] невыгодахъ рабства въ экономическомъ отношенiи и о выгодахъ словеснаго судопроизводства[2] и т. п.

Либерализмъ тоже не такъ страшенъ, какъ показываетъ это слово. — Въ 56 году всѣ, рѣшительно всѣ были либералы. Не былъ либераломъ только тотъ, у кого не достало умственныхъ способностей выразить что-нибудь либеральное. Консерваторовъ не было. Нельзя было себѣ представить человѣка, который бы рѣшился защищать старый порядокъ вещей. Его бы каменьями закидали. Еще разъ повторяю — это было великое время! Во многомъ выражалось это плодотворное направленіе времени, но главное проявленіе его было ругательство всѣхъ вообще чиновниковъ и въ особенности несчастныхъ Генераловъ. —⟩

Когда Пахтинъ сообщилъ свою новость въ комнатѣ (Пахтинъ не имѣлъ своего особаго мѣста въ комнатѣ, онъ не былъ однимъ изъ нихъ, но его всѣ знали и приняли такъ, что онъ почувствовалъ, что можетъ) когда онъ сообщилъ свою новость, одинъ изъ «главныхъ» обрадовался и сказалъ, что только Лабазова не доставало — и что теперь всѣ знаменитые изгнанники въ сборѣ.

  1. Первоначально, вместо слов: невыгодах рабства, кончая: судопроизводства, было: необходимости освобожденiя крестьянъ или уничтожении чиновничества
  2. Первоначально, вместо слов: невыгодах рабства, кончая: судопроизводства, было: необходимости освобожденiя крестьянъ или уничтожении чиновничества
262