Открыть главное меню
Эта страница не была вычитана

Спутавъ своихъ двухъ замученныхъ лошадей и пустивъ ихъ, Карней ⟨пересчиталъ съ Евстигнеемъ всѣхъ лошадей,⟩ помолился Богу и подошелъ къ мужикамъ, лежавшимъ подъ шубами и кафтанами надъ лощиной у пашни, и сѣлъ у огонька, который развели мужики. Чередные караульщики съ дубинами, покрикивая ходили около лошадей въ лощинѣ, а остальные уже спали. Не спалъ только старикъ и Щербачъ.

⟨Одинъ изъ мужиковъ, караулившихъ лошадей, лежавшихъ подъ тулупами, поднялся, почесался и подошелъ къ огню и присѣлъ на корточки.⟩ Они говорили про солдатъ. Весь этотъ мѣсяцъ шли [?] солдаты [1 неразобр.]

— Мало ли ихъ пропадаетъ. Топерь сказываютъ, въ Перми что ихъ сгорѣло. Пришли на такое мѣсто, что изъ земли огонь полыхаетъ. Всѣ и погорѣли, — сказалъ этотъ мужикъ.

Мужикъ этотъ былъ сосѣдъ Корнею, звали его[1] Юфанъ Щербачъ. Онъ былъ мужикъ большой, здоровый, рыжій. Два зуба у него были выбиты, отъ того и звали его Щербатымъ.

— Куда ужъ онъ ихъ, сердешныхъ, не водилъ. — ⟨Царь то.⟩ И то сказываютъ, что не заправскій онъ Царь, a подмѣненый. Въ Стекольномъ городу.

— Буде, пустое болтать, чего не знаешь, — сказалъ Евстигней. Вѣрно служивый сказывалъ, вчера стояло у меня въ дому 6 человѣкъ и набольшій — капралъ — называется. У тѣхъ суда зачесаны виски, а у этаго длинные, здѣсь какъ вальки. А человѣкъ ученый. Я его про нашего барина спрашивалъ. Онъ знаетъ, да говоритъ, онъ нынче въ бѣдѣ. Какъ бы, говоритъ, васъ у него не отобрали.

— А намъ чтоже, отберутъ, за другимъ запишутъ, — сказалъ Евстигней. Все одно подати платить. —

— Ну все разница.

— Да мы и не видали этого. Чтожъ, обиды нѣтъ. —

Поговоривъ такъ, Щербатый отошелъ и остался одинъ Карней съ Евстигнеемъ.[2] Дядя Евстигней былъ крестный отецъ Корнея. Онъ былъ мужикъ богатый. У него было 3 сына: два женаты на тяглѣ. Самъ онъ былъ мужиченка маленькій, сѣдинькой, съ длинными волосами и рѣдкой бородкой — мужиченка смирный, разговорчивый и умный. — Онъ зналъ, что Корней доваживалъ овесъ.

— Довозилъ что ли? — спросилъ онъ.

— Осталось 7 крестцовъ, — ⟨махнувъ рукой,⟩ сказалъ Карней.

  1. Зачеркнуто: Анисимъ Жидковъ, Павелъ Шинтякъ
  2. Благодаря вставке, включенной в текст, оказалось неприуроченное место: Дядя Евстигней ⟨накинувъ тулупъ,⟩ подсѣлъ къ старику. Онъ скоблилъ ножемъ лыку, сидѣлъ у огня. Карнею не хотѣлось спать. ⟨Мѣсяцъ еще не заходилъ, и лошади видны были въ логу и мужики разговорами стали коротать уже не лѣтнюю, не короткую ночь — Корней говорилъ: Да такъ вотъ и живешь, дядя Евстигнѣй⟩
218