Страница:Сумароков. ПСС 1787. Часть 8.djvu/54

Эта страница была вычитана


И рощи и луга ево изобличаютъ:
И тропки всѣ что онъ измѣнникъ отвѣчаютъ,
Твердитъ источникъ сей: я часто ето зрѣлъ,
40 Какимъ ты пламенемъ Аминтъ любя горѣлъ;
На брегъ гдѣ Делія во мнѣ мывала ноги,
Протоптаны тобой и выбиты дороги.
Твердятъ сіи луга, гдѣ я цвѣты рвала:
Любовница тебѣ изъ нихъ вѣнки плела.
45 Твердитъ кустарникъ: ты здѣсь ягоды рывала,
И съ поцѣлуями Аминту отдавала.
Свидѣтельница мнѣ вотъ ета мурава,
Какія говорилъ онъ нѣжныя слова,
Не дожидаяся себѣ достойной пѣни,
50 Когда клалъ голову къ любезной на колѣни.
И ты, былъ темный лѣсъ свидѣтелемъ сея,
Къ нему горячія любови моея!
Но нынѣ жалобныхъ свидѣтель ты стѣнаній,
И горестныхъ моихъ о немъ воспоминаній!
55 Продлила бы она стѣнаніе свое:
Но вдругъ залаяла собака близь нее.
Не волкъ ли на овецъ подкравшися алкаетъ?
Не волкъ идетъ, не тать собака умолкаетъ.
И стала ластиться, Аминта тутъ узрѣвъ.
60 Не волкъ идетъ ко мнѣ, идетъ жестокой левъ!
Начто ты, ахъ! начто собака замолчала,
Смятенна Делія въ досадѣ закричала.
Приближился Аминтъ и къ Деліи подшелъ;
Но вотъ какую рѣчь въ устахъ ея нашелъ:
65 Когда злодѣй тобой я все спокойство рушу,
Свирѣпствуй, варварствуй, терзай мою ты душу;
Но въ чемъ виновенъ я? но въ чемъ виновенъ ты!
Злодѣйствія твои не сны и не мѣчты.
Смутитесь чистыя рѣки сея потоки,
70 Какъ горести меня смутили прежестоки,

Тот же текст в современной орфографии

И рощи и луга ево изобличают:
И тропки все что он изменник отвечают,
Твердит источник сей: я часто ето зрел,
40 Каким ты пламенем Аминт любя горел;
На брег где Делия во мне мывала ноги,
Протоптаны тобой и выбиты дороги.
Твердят сии луга, где я цветы рвала:
Любовница тебе из них венки плела.
45 Твердит кустарник: ты здесь ягоды рывала,
И с поцелуями Аминту отдавала.
Свидетельница мне вот ета мурава,
Какие говорил он нежные слова,
Не дожидаяся себе достойной пени,
50 Когда клал голову к любезной на колени.
И ты, был темный лес свидетелем сея,
К нему горячие любови моея!
Но ныне жалобных свидетель ты стенаний,
И горестных моих о нём воспоминаний!
55 Продлила бы она стенание свое:
Но вдруг залаяла собака близ нее.
Не волк ли на овец подкравшися алкает?
Не волк идет, не тать собака умолкает.
И стала ластиться, Аминта тут узрев.
60 Не волк идет ко мне, идет жестокой лев!
Начто ты, ах! начто собака замолчала,
Смятенна Делия в досаде закричала.
Приближился Аминт и к Делии подшел;
Но вот какую речь в устах её нашел:
65 Когда злодей тобой я всё спокойство рушу,
Свирепствуй, варварствуй, терзай мою ты душу;
Но в чём виновен я? но в чём виновен ты!
Злодействия твои не сны и не мечты.
Смутитесь чистые реки сея потоки,
70 Как горести меня смутили прежестоки,