Страница:Сочинения Платона (Платон, Карпов). Том 4, 1863.pdf/92

Эта страница была вычитана
87
ФЕДРЪ.

но, искуственнаго и безъискуственнаго въ принесенной тобою рѣчи Лизіаса и въ рѣчахъ, произнесенныхъ нами?

Федръ. Даже всего болѣе: вѣдь доселѣ-то мы говорили довольно сухо, безъ достаточныхъ примѣровъ.

Сокр. Такъ видно, какой-нибудь счастливый случай расположилъ насъ сказать двѣ рѣчи, чтобы онѣ служили D. примѣромъ, какъ знатокъ, поддѣлывая въ рѣчахъ истину, можетъ проводить своихъ слушателей. Я-то приписываю ихъ, Федръ, мѣстнымъ богамъ[1], а можетъ быть и поющіе надъ нашими головами пророки музъ вдохнули въ насъ это преимущество, потому что мнѣ вовсе неизвѣстно искуство говорить.

Федръ. Пусть и такъ; только выскажи свою мысль.

Сокр. Прочитай же мнѣ начало Лизіасовой рѣчи.

Федръ. «О моихъ дѣлахъ ты знаешь и, думаю, слышалъ, E. что они будутъ полезны намъ, если это состоится. Впрочемъ, смѣю надѣяться, что ты не отвергнешь моей просьбы — именно потому, что я не влюбленъ въ тебя. Влюбленные раскаяваются.»

Сокр. Постой. Теперь надо сказать, въ чемъ Лизіасъ погрѣшилъ и поступилъ безъискуственно. Не правда ли?263.

Федръ. Да.

Сокр. Не ясно ли для всякаго по крайней мѣрѣ то, что въ иномъ здѣсь мы согласны, а объ иномъ готовы спорить?

Федръ. Кажется, я понимаю, что̀ ты говоришь, но выскажи еще яснѣе.

Сокр. Когда кто-нибудь произноситъ слово: желѣзо или серебро, тогда всѣ мы разумѣемъ не одно ли и то же?

Федръ. Конечно.

Сокр. А когда — слово: справедливость или добро, тогда не расходятся ли наши мысли и не разногласимъ ли мы какъ другъ съ другомъ, такъ и сами съ собою?

  1. Мѣстными богамъ, т.-е. Пану, Ахелою и нимфамъ. См. p. 232, 238, 263, 279.
Тот же текст в современной орфографии

но, искусственного и безыскусственного в принесенной тобою речи Лизиаса и в речах, произнесенных нами?

Федр. Даже всего более: ведь доселе-то мы говорили довольно сухо, без достаточных примеров.

Сокр. Так видно, какой-нибудь счастливый случай расположил нас сказать две речи, чтобы они служили D. примером, как знаток, подделывая в речах истину, может проводить своих слушателей. Я-то приписываю их, Федр, местным богам[1], а может быть и поющие над нашими головами пророки муз вдохнули в нас это преимущество, потому что мне вовсе неизвестно искусство говорить.

Федр. Пусть и так; только выскажи свою мысль.

Сокр. Прочитай же мне начало Лизиасовой речи.

Федр. «О моих делах ты знаешь и, думаю, слышал, E. что они будут полезны нам, если это состоится. Впрочем, смею надеяться, что ты не отвергнешь моей просьбы — именно потому, что я не влюблен в тебя. Влюбленные раскаяваются.»

Сокр. Постой. Теперь надо сказать, в чём Лизиас погрешил и поступил безыскусственно. Не правда ли?263.

Федр. Да.

Сокр. Не ясно ли для всякого по крайней мере то, что в ином здесь мы согласны, а об ином готовы спорить?

Федр. Кажется, я понимаю, что̀ ты говоришь, но выскажи еще яснее.

Сокр. Когда кто-нибудь произносит слово: железо или серебро, тогда все мы разумеем не одно ли и то же?

Федр. Конечно.

Сокр. А когда — слово: справедливость или добро, тогда не расходятся ли наши мысли и не разногласим ли мы как друг с другом, так и сами с собою?

————————————

  1. Местными богам, т. е. Пану, Ахелою и нимфам. См. p. 232, 238, 263, 279.