Страница:Собрание сочинений Эдгара Поэ (1896) т.1.djvu/13

Эта страница была вычитана

шіяся изъ его устъ во все время пути, были: «Проклятый жукъ!» Я несъ пару потайныхъ фонарей, а Легранъ scarabaeus’а. Онъ привязалъ его на веревочку и размахивалъ ею съ видомъ заклинателя. При видѣ этого слишкомъ яснаго доказательства безумія моего друга я едва могъ удержаться отъ слезъ. Но я все-таки счелъ за лучшее потакать его причудамъ, пока не представится случай принять болѣе энергическія мѣры съ надеждой на успѣхъ. Мнѣ не удалось, однако, добиться толку насчетъ цѣли нашего путешествія. Убѣдивъ меня отправиться съ нимъ вмѣстѣ, онъ, повидимому, не желалъ разговаривать о менѣе важныхъ предметахъ и на всѣ мои вопросы отвѣчалъ только: — Увидимъ!

Мы переправились черезъ проливъ на челнѣ и, поднявшись на высокій берегъ материка, направились въ сѣверо-западномъ направленіи. Въ этой дикой унылой мѣстности, кажется, еще не ступала нога человѣческая. Легранъ шелъ безъ колебаній, останавливаясь время отъ времени и провѣряя путь по замѣткамъ, которыя онъ сдѣлалъ, повидимому, въ одну изъ прежнихъ прогулокъ.

Такъ шли мы часа два и къ закату солнца очутились въ мѣстности еще болѣе угрюмой. Это былъ родъ плоскогорій близь вершины почти неприступнаго холма, густо заросшаго лѣсомъ и усѣяннаго огромными скалами, которыя, повидимому, свободно лежали на землѣ, такъ что многія скатились бы внизъ, если бы ихъ не задерживали деревья. Глубокія ущелья, пересѣкавшія эту мѣстность по всѣмъ направленіямъ, придавали ей еще болѣе мрачный, торжественный видъ.

Площадка, по которой мы шли, густо заросла цѣпкими кустарниками, сквозь которые невозможно было продраться безъ помощи косы. Юпитеръ, по приказанію своего барина, принялся расчищать намъ тропинку къ подножію огромнаго тюльпаннаго дерева, которое возвышалось среди группы дубовъ, далеко превосходя ихъ и всѣ остальныя деревья, попадавшіяся въ этой мѣстности, красотою листьевъ и очертаній, громадностью раскидистыхъ вѣтвей и общимъ величавымъ видомъ. Когда мы добрались до этого дерева, Легранъ спросилъ Юпитера, можетъ-ли онъ влѣзть на него. Старикъ, повидимому, былъ нѣсколько удивленъ этимъ вопросомъ, и не сразу отвѣтилъ. Наконецъ, онъ подошелъ къ высокому стволу, медленно обошелъ вокругъ него и внимательно осмотрѣлъ дерево. Затѣмъ, кончивъ осмотръ, сказалъ:

— Да, масса, Юпитеру влѣзть на всякое дерево, какое только видѣлъ въ жизни.

— Ну, такъ влѣзай же на него поскорѣе, а то стемнѣетъ и мы не успѣемъ кончить работу.

— Высоко лѣзть, масса? — спросилъ Юпитеръ.


Тот же текст в современной орфографии

шиеся из его уст во все время пути, были: «Проклятый жук!» Я нес пару потайных фонарей, а Легран scarabaeus’а. Он привязал его на веревочку и размахивал ею с видом заклинателя. При виде этого слишком ясного доказательства безумия моего друга я едва мог удержаться от слез. Но я все-таки счел за лучшее потакать его причудам, пока не представится случай принять более энергические меры с надеждой на успех. Мне не удалось, однако, добиться толку насчет цели нашего путешествия. Убедив меня отправиться с ним вместе, он, по-видимому, не желал разговаривать о менее важных предметах и на все мои вопросы отвечал только: — Увидим!

Мы переправились через пролив на челне и, поднявшись на высокий берег материка, направились в северо-западном направлении. В этой дикой унылой местности, кажется, еще не ступала нога человеческая. Легран шел без колебаний, останавливаясь время от времени и проверяя путь по заметкам, которые он сделал, по-видимому, в одну из прежних прогулок.

Так шли мы часа два и к закату солнца очутились в местности еще более угрюмой. Это был род плоскогорий близ вершины почти неприступного холма, густо заросшего лесом и усеянного огромными скалами, которые, по-видимому, свободно лежали на земле, так что многие скатились бы вниз, если бы их не задерживали деревья. Глубокие ущелья, пересекавшие эту местность по всем направлениям, придавали ей еще более мрачный, торжественный вид.

Площадка, по которой мы шли, густо заросла цепкими кустарниками, сквозь которые невозможно было продраться без помощи косы. Юпитер, по приказанию своего барина, принялся расчищать нам тропинку к подножию огромного тюльпанного дерева, которое возвышалось среди группы дубов, далеко превосходя их и все остальные деревья, попадавшиеся в этой местности, красотою листьев и очертаний, громадностью раскидистых ветвей и общим величавым видом. Когда мы добрались до этого дерева, Легран спросил Юпитера, может ли он влезть на него. Старик, по-видимому, был несколько удивлен этим вопросом, и не сразу ответил. Наконец, он подошел к высокому стволу, медленно обошел вокруг него и внимательно осмотрел дерево. Затем, кончив осмотр, сказал:

— Да, масса, Юпитеру влезть на всякое дерево, какое только видел в жизни.

— Ну, так влезай же на него поскорее, а то стемнеет и мы не успеем кончить работу.

— Высоко лезть, масса? — спросил Юпитер.