Страница:Кутузовская изба (Переспелов, 1900).pdf/13

Эта страница была вычитана



Думѣ, но Дума, не желая его получить даром, заплатила г. Нарышкину 200 р. Г. Нарышкинъ возвратилъ эти деньги Думѣ на основной капиталъ памятника. Одному изъ любителей московской старины и библіографу A. А. Астапову удалось видѣть Кутузовскую избу въ ея первоначальномъ видѣ до пожара. По его разсказамъ, въ избѣ еще былъ цѣлъ тотъ дубовый столъ, за которымъ сидѣлъ Кутузовъ. Край стола былъ расщепленъ. Ветеран-гвардеецъ разсказывалъ А. А. Астапову, что Кутузовъ, слушая оживленные споры генераловъ на военномъ совѣтѣ, всталъ съ своего кресла и при словахъ: „Приказываю отступленіе“, — такъ сильно ударилъ кулакомъ по столу, что столъ треснулъ. Къ сожалѣнію, этотъ столъ сгорѣлъ. До пожара въ избѣ сохранялась вся обстановка, бывшая во время военнаго совѣта: святыя иконы, скамъи, знаменитая чернильница и проч. На стѣнахъ были портреты генераловъ, находившихся на совѣтѣ, и, кромѣ того, была заведена книга, въ которую записывали свои имена посѣщавшіе избу. Въ изб этой ночевалъ въ 1820 году Великій Князь Константинъ Павловичъ, ѣхавшій въ Москву на коронацію Императора Николая Павловича. Во время пожара инвалиды-сторожа избы спасли только святыя иконы, портреты генераловъ, да большую сосновую скамью, на которой возсѣдалъ знаменитый полководецъ Кутузовъ, и сдали все это Думѣ. Дума обуглившіеся остатки избы продала за 40 рублей, и о памятник до 1883 года никакого распоряженія не дѣлала.

Въ этотъ годъ, послѣ коронаціи въ Бозѣ почившаго Государя Императора Александрa III, офицеры гренадерскаго корпуса, желая увѣковѣчить историческое мѣсто военнаго совѣта 1812 года, исходатайствовали поставить на немъ памятникъ и обнести его рѣшеткой. На собранныя добровольныя ихъ жертвы на каменномъ верстовомъ столбѣ, стоявшемъ здѣсь недалеко при до-

Тот же текст в современной орфографии

Думе, но Дума, не желая его получить даром, заплатила г. Нарышкину 200 р. Г. Нарышкин возвратил эти деньги Думе на основной капитал памятника. Одному из любителей московской старины и библиографу A. А. Астапову удалось видеть Кутузовскую избу в её первоначальном виде до пожара. По его рассказам, в избе еще был цел тот дубовый стол, за которым сидел Кутузов. Край стола был расщеплен. Ветеран-гвардеец рассказывал А. А. Астапову, что Кутузов, слушая оживленные споры генералов на военном совете, встал с своего кресла и при словах: „Приказываю отступление“, — так сильно ударил кулаком по столу, что стол треснул. К сожалению, этот стол сгорел. До пожара в избе сохранялась вся обстановка, бывшая во время военного совета: святые иконы, скамьи, знаменитая чернильница и проч. На стенах были портреты генералов, находившихся на совете, и, кроме того, была заведена книга, в которую записывали свои имена посещавшие избу. В изб этой ночевал в 1820 году Великий Князь Константин Павлович, ехавший в Москву на коронацию Императора Николая Павловича. Во время пожара инвалиды-сторожа избы спасли только святые иконы, портреты генералов, да большую сосновую скамью, на которой восседал знаменитый полководец Кутузов, и сдали всё это Думе. Дума обуглившиеся остатки избы продала за 40 рублей, и о памятник до 1883 года никакого распоряжения не делала.

В этот год, после коронации в Бозе почившего Государя Императора Александрa III, офицеры гренадерского корпуса, желая увековечить историческое место военного совета 1812 года, исходатайствовали поставить на нём памятник и обнести его решеткой. На собранные добровольные их жертвы на каменном верстовом столбе, стоявшем здесь недалеко при до-