Открыть главное меню

Страница:Гегель Г.В.Ф. - Наука логики. Т. 2 - 1916.djvu/131

Эта страница не была вычитана
— 122 —

дѣленности, которая не содержалась бы и не разрѣшалась бы въ этомъ абсолютномъ; и заслуживаетъ достаточнаго вниманія то, что все являющееся и предносящееся естественному представленію или опредѣляющему разсудку, какъ самостоятельное, понижается въ этомъ необходимомъ понятіи въ совершенно простое положеніе. Опредѣленность есть отрицаніе — таковъ абсолютный принципъ спинозовой философіи; этотъ истинный и простой взглядъ обосновываетъ собою абсолютное единство субстанціи. Но Спиноза останавливается на отрицаніи, какъ опредѣленности или качествѣ; онъ не приходитъ къ понятію его, какъ абсолютнаго, самоотрицающаго отрицанія; поэтому его субстанція не содержитъ въ самой себѣ абсолютной формы, и ея познаніе не есть имманентное познаніе. Правда, субстанція есть абсолютное единство мышленія и бытія или протяженія; такимъ образомъ, въ ней содержится само мышленіе, но лишь въ его единствѣ съ протяженіемъ, т.-е. не какъ отдѣляющее себя отъ протяженія, тѣмъ самымъ вообще не какъ опредѣленіе и формированіе, равно не какъ возвращающееся въ себя и начинающееся изъ себя самого движеніе. Вслѣдствіе того субстанція отчасти лишена принципа личности, — недостатокъ, который главнымъ образомъ возмущалъ противъ спинозовой системы; отчасти же познаніе оказывается внѣшнею рефлексіею, которая понимаетъ и выводитъ то, что является конечнымъ, опредѣленность аттри-бута и модуса, а также вообще себя саму, не изъ субстанціи, но дѣйствуетъ, какъ внѣшній разсудокъ, принимающій опредѣленія, какъ данныя, и возводящій изъ обратно къ абсолютному, вмѣсто того, чтобы начинать съ него.

Понятія, которыя Спиноза даетъ о субстанціи, суть понятія причины самой себя, т.-е. того, сущность чего включаетъ въ себя осуществленіе; понятіе абсолютнаго не нуждается въ понятіи чего-либо другого, изъ котораго оно должно быть образовано. Эти понятія, какъ они ни глубоки и ни правильны, суть опредѣленія, заранѣе непосредственно принятыя наукою. Математика и прочія подчиненныя науки должны начинать съ предположеній, составляющихъ ихъ элементъ и положительную основу. Но абсолютное не можетъ быть первымъ, непосредственнымъ, а есть по существу свой результатъ.

За опредѣленіемъ абсолютнаго у Спинозы выступаетъ далѣе опредѣленіе аттрибута; онъ опредѣляется, какъ то, какимъ образомъ разсудокъ понимаетъ его сущность. Но независимо отъ того, что разсудокъ по его природѣ является позднѣе аттрибута — ибо Спиноза опредѣляетъ разсудокъ, какъ модусъ — аттрибутъ, опредѣленіе, какъ опредѣленіе абсолютнаго, становится зависимымъ отъ нѣкотораго другого, отъ разсудка, выступающимъ противъ субстанціи внѣшне и непосредственно.

Далѣе Спиноза опредѣляетъ аттрибуты, какъ безконечные, и именно безконечные въ смыслѣ также безконечнаго множества. Правда ихъ оказы рается далѣе всего два — мышленіе и протяженіе — и не объясняется, какимъ образомъ безконечное множество сводится необходимо лишь къ противоположности именно этихъ опредѣленныхъ аттрибутовъ — мышленія и протяженія. Такимъ образомъ, оба. эти аттрибута принимаются эмпирически. Мышленіе


Тот же текст в современной орфографии

деленности, которая не содержалась бы и не разрешалась бы в этом абсолютном; и заслуживает достаточного внимания то, что всё являющееся и предносящееся естественному представлению или определяющему рассудку, как самостоятельное, понижается в этом необходимом понятии в совершенно простое положение. Определенность есть отрицание — таков абсолютный принцип спинозовой философии; этот истинный и простой взгляд обосновывает собою абсолютное единство субстанции. Но Спиноза останавливается на отрицании, как определенности или качестве; он не приходит к понятию его, как абсолютного, самоотрицающего отрицания; поэтому его субстанция не содержит в самой себе абсолютной формы, и её познание не есть имманентное познание. Правда, субстанция есть абсолютное единство мышления и бытия или протяжения; таким образом, в ней содержится само мышление, но лишь в его единстве с протяжением, т. е. не как отделяющее себя от протяжения, тем самым вообще не как определение и формирование, равно не как возвращающееся в себя и начинающееся из себя самого движение. Вследствие того субстанция отчасти лишена принципа личности, — недостаток, который главным образом возмущал против спинозовой системы; отчасти же познание оказывается внешнею рефлексиею, которая понимает и выводит то, что является конечным, определенность аттри-бута и модуса, а также вообще себя саму, не из субстанции, но действует, как внешний рассудок, принимающий определения, как данные, и возводящий из обратно к абсолютному, вместо того, чтобы начинать с него.

Понятия, которые Спиноза дает о субстанции, суть понятия причины самой себя, т. е. того, сущность чего включает в себя осуществление; понятие абсолютного не нуждается в понятии чего-либо другого, из которого оно должно быть образовано. Эти понятия, как они ни глубоки и ни правильны, суть определения, заранее непосредственно принятые наукою. Математика и прочие подчиненные науки должны начинать с предположений, составляющих их элемент и положительную основу. Но абсолютное не может быть первым, непосредственным, а есть по существу свой результат.

За определением абсолютного у Спинозы выступает далее определение аттрибута; он определяется, как то, каким образом рассудок понимает его сущность. Но независимо от того, что рассудок по его природе является позднее аттрибута — ибо Спиноза определяет рассудок, как модус — аттрибут, определение, как определение абсолютного, становится зависимым от некоторого другого, от рассудка, выступающим против субстанции внешне и непосредственно.

Далее Спиноза определяет аттрибуты, как бесконечные, и именно бесконечные в смысле также бесконечного множества. Правда их оказы рается далее всего два — мышление и протяжение — и не объясняется, каким образом бесконечное множество сводится необходимо лишь к противоположности именно этих определенных аттрибутов — мышления и протяжения. Таким образом, оба. эти аттрибута принимаются эмпирически. Мышление