Открыть главное меню

Страница:Бальмонт. Поэзия как волшебство. 1915.pdf/59

Эта страница была вычитана

вое изваяніе, которое называется Словомъ, явило сокровенный свой голосъ и заговорило съ нами волшебно, нужно, чтобы въ насъ самихъ была первичная заревая сила чарованія. Исполинъ Египта, каменный Мемнонъ, обычно былъ безмолвнымъ, но, когда его касалось восходящее Солнце, онъ пѣлъ.

Фетъ сказалъ:—

„Лишь у тебя, Поэтъ, крылатый слова звукъ
Хватаетъ налету и закрѣпляетъ вдругъ”.

Первичный человѣкъ всегда Поэтъ, и Поэтъ тотъ богъ его, который создаетъ для него Вселенную. Египетскій богъ Ночного Солнца, Атумъ, пропѣлъ боговъ, они вышли изъ его рта. Египетскій богъ возрожденія, Озирисъ, блуждая среди полузвѣриныхъ человѣческихъ существъ, силой напѣвнаго внушающаго слова научилъ ихъ быть людьми воистину, любящими животворящій хмѣль и питающее зерно. Силой напѣвныхъ магическихъ заклинаній дневное Свѣтило побѣждаетъ всѣ ужасы Ночи, возрождая безконечность яркаго дня,—и умершій человѣкъ властью заговорнаго слова проходитъ всѣ чистилища, чтобы жить возрожденнымъ среди безпечальныхъ полей.


Тот же текст в современной орфографии

вое изваяние, которое называется Словом, явило сокровенный свой голос и заговорило с нами волшебно, нужно, чтобы в нас самих была первичная заревая сила чарования. Исполин Египта, каменный Мемнон, обычно был безмолвным, но, когда его касалось восходящее Солнце, он пел.

Фет сказал: —

«Лишь у тебя, Поэт, крылатый слова звук
Хватает налету и закрепляет вдруг».

Первичный человек всегда Поэт, и Поэт тот бог его, который создает для него Вселенную. Египетский бог Ночного Солнца, Атум, пропел богов, они вышли из его рта. Египетский бог возрождения, Озирис, блуждая среди полузвериных человеческих существ, силой напевного внушающего слова научил их быть людьми воистину, любящими животворящий хмель и питающее зерно. Силой напевных магических заклинаний дневное Светило побеждает все ужасы Ночи, возрождая бесконечность яркого дня, — и умерший человек властью заговорного слова проходит все чистилища, чтобы жить возрожденным среди беспечальных полей.