Открыть главное меню

Страница:Бальмонт. Белые зарницы. 1908.pdf/133

Эта страница была вычитана

вомъ основаніи, и дать современнымъ народамъ ту идеальность, которой имъ не хватаетъ, и безъ которой жизнь некрасива. Изъ давящей земли исторгнуть на волю расцвѣтающій стебель. „Изъ всего этого“, говоритъ Уитманъ, „изъ всѣхъ этихъ жалкихъ условій, выйти, вдохнуть въ нихъ возрождающее дыханіе здоровой и героической жизни, я разумѣю вновь найденную литературу, не простое копированье и отраженье существующихъ поверхностей, или сводническое подслуживанье къ тому, что называется вкусомъ—не только забавлять, проводить время, прославлять красивое, утонченное, прошлое, или являть техническую, ритмическую, грамматическую ловкость—но литературу, являющуюся основой жизни, религіозную, согласующуюся со знаніемъ, съ полномочной властью управляющую стихіями и силами, научающую и воспитывающую людей, и—быть можетъ, самый цѣнный изъ результатовъ ея—свершить освобожденіе женщины, изъ этихъ невѣроятныхъ заточеній и путъ глупости, модничанья, и всякаго рода малокровнаго худосочія—и такимъ образомъ обезпечить сильную и нѣжную женскую расу—вотъ что нужно“.

Осуждая всю прошлую Европейскую литературу, Уитманъ говоритъ: „Великіе поэты—включая Шекспира—отравны для идеи гордости и достоинства простого народа, жизненной крови Демократіи. Образцы нашей литературы, какъ мы ихъ получаемъ изъ другихъ странъ, изъ-за моря, имѣли


Тот же текст в современной орфографии

вом основании, и дать современным народам ту идеальность, которой им не хватает, и без которой жизнь некрасива. Из давящей земли исторгнуть на волю расцветающий стебель. «Из всего этого», говорит Уитман, «из всех этих жалких условий, выйти, вдохнуть в них возрождающее дыхание здоровой и героической жизни, я разумею вновь найденную литературу, не простое копированье и отраженье существующих поверхностей, или сводническое подслуживанье к тому, что называется вкусом — не только забавлять, проводить время, прославлять красивое, утонченное, прошлое, или являть техническую, ритмическую, грамматическую ловкость — но литературу, являющуюся основой жизни, религиозную, согласующуюся со знанием, с полномочной властью управляющую стихиями и силами, научающую и воспитывающую людей, и — быть может, самый ценный из результатов её — свершить освобождение женщины, из этих невероятных заточений и пут глупости, модничанья, и всякого рода малокровного худосочия — и таким образом обеспечить сильную и нежную женскую расу — вот что нужно».

Осуждая всю прошлую Европейскую литературу, Уитман говорит: «Великие поэты — включая Шекспира — отравны для идеи гордости и достоинства простого народа, жизненной крови Демократии. Образцы нашей литературы, как мы их получаем из других стран, из-за моря, имели