Открыть главное меню

Страница:Бальмонт. Белые зарницы. 1908.pdf/103

Эта страница была вычитана

Колонизуетъ архипелаги,
Своимъ паровымъ кораблемъ, телеграфомъ своимъ электрическимъ,
Газетой, и массой военныхъ орудій,
Конторами, нити свои разбросавшими въ мірѣ,
Межь всѣхъ географій онъ звенья куетъ, и связуетъ всѣ страны;
Что за шопоты это, о, страны, бѣгутъ передъ вами, проходятъ подъ глубью морей?
Всѣ народы бесѣду ведутъ? создается-ли это у шара земного единое сердце?
Человѣчество хочетъ ли слиться въ сплошное одно?
Ибо, видишь, тираны трепещутъ, короны тускнѣютъ,
Упорствуя въ духѣ своемъ, Земля—лицомъ къ лицу съ новой эрой,
Предъ всеобщею, быть можетъ, войною божественной,
Не знаетъ никто, что̀ случится вотъ-вотъ, дни и ночи такими наполнены знаменьями;
Вѣщіе годы! пространство, пока я иду и тщетно стараюсь его проницать,
Наполнено призраками,
Тѣ вещи, что скоро свершатся, дѣянья еще не свершенныя
Бросаютъ вокругъ меня тѣни свои.
Этотъ натискъ, стремленье и пылъ, въ которые трудно повѣрить.
Лихорадочность сновъ изступленныхъ, ихъ странность, о, годы,
Сновидѣнія ваши, о, годы, какъ они проникаютъ въ меня,
(Наяву ли я или во снѣ, я не знаю)!
Америка, вмѣстѣ съ Европой, завершенныя, смутно темнѣютъ,
Уходятъ за мной они въ тѣнь,
Несвершенное, столь исполинское, какъ никогда не бывало,
Идетъ и идетъ на меня!

Другія строки, сказанныя тѣмъ же вѣщимъ, въ далекіе дни Франко-Прусской войны, и Коммуны, кажутся положительно написанными для насъ, Русскихъ, переживающихъ 1905—1906 годы.


Тот же текст в современной орфографии

Колонизует архипелаги,
Своим паровым кораблем, телеграфом своим электрическим,
Газетой, и массой военных орудий,
Конторами, нити свои разбросавшими в мире,
Меж всех географий он звенья кует, и связует все страны;
Что за шёпоты это, о, страны, бегут перед вами, проходят под глубью морей?
Все народы беседу ведут? создается ли это у шара земного единое сердце?
Человечество хочет ли слиться в сплошное одно?
Ибо, видишь, тираны трепещут, короны тускнеют,
Упорствуя в духе своем, Земля — лицом к лицу с новой эрой,
Пред всеобщею, быть может, войною божественной,
Не знает никто, что́ случится вот-вот, дни и ночи такими наполнены знаменьями;
Вещие годы! пространство, пока я иду и тщетно стараюсь его проницать,
Наполнено призраками,
Те вещи, что скоро свершатся, деянья еще не свершенные
Бросают вокруг меня тени свои.
Этот натиск, стремленье и пыл, в которые трудно поверить.
Лихорадочность снов исступленных, их странность, о, годы,
Сновидения ваши, о, годы, как они проникают в меня,
(Наяву ли я или во сне, я не знаю)!
Америка, вместе с Европой, завершенные, смутно темнеют,
Уходят за мной они в тень,
Несвершенное, столь исполинское, как никогда не бывало,
Идет и идет на меня!

Другие строки, сказанные тем же вещим, в далекие дни Франко-Прусской войны, и Коммуны, кажутся положительно написанными для нас, Русских, переживающих 1905—1906 годы.