Открыть главное меню

Страница:Анненков. Система русского гражданского права. Т. VI (1909).pdf/251

Эта страница не была вычитана

НАСЛѢДОВАНІЕ ПО ЗАВѢЩАНІЮ. 245 и преимуществъ, лично и по состоянію присвоенныхъ, признаніе его безумнымъ, сумасшедшимъ, несостоятельнымъ или безвѣстно-отсутствующимъ, напротивъ, могутъ быть принимаемы и за основанія прекращенія душеприказчества въ случаяхъ наступленія этихъ обстоятельствъ по отношенію душеприказчика. Въ правилѣ этой статьи указывается, какъ на основанія прекращенія, на наступленіе этихъ обстоятельствъ и по отношенію довѣрителя. Въ виду невозможности наступленія ихъ по отношенію завѣщателя, о нихъ, какъ возможныхъ основаніяхъ прекращенія душеприказчества, и рѣчи, разумѣется, не можетъ быть, за исключеніемъ наступленія одного только обстоятельства—признанія завѣщателя несостоятельнымъ должникомъ, вслѣдствіе того, что нашимъ закономъ допускается учрежденіе конкурса и надъ имуществомъ лица умершаго, когда все его имущество должно поступать въ завѣдываніе конкурса, вслѣдствіе чего и слѣдуетъ, кажется, какъ указалъ Гордонъ, признать, что наступленіе этого послѣдняго обстоятельства должно быть принимаемо за основаніе прекращенія душеприказчества. Если указанія основаній прекращенія довѣренности принимать и за основанія прекращенія душеприказчества, то само собой разумѣется, что за основанія его прекращенія слѣдуетъ принимать не только обстоятельство лишенія душеприказчика правоспособности, какъ высказали Гольмстенъ и Любимовъ, но и обстоятельство не только лишенія «его дѣеспособности, но и даже ограниченія его въ его дѣеспособности, въ случаѣ признанія его несостоятельнымъ должникомъ. На всѣ эти основанія прекращенія душеприказчества уложеніе германское прямо указываетъ, а затѣмъ указываетъ еще на обстоятельство назначенія попечителя для завѣдыванія его имуществомъ. У насъ назначеніе опекуна для завѣдыванія имуществомъ лица можетъ имѣть мѣсто въ случаѣ признанія его расточителемъ, когда оно отчасти ограничивается и въ его дѣеспособности по отношенію распоряженія и управленія его имуществомъ, подобно лицу, признанному несостоятельнымъ должникомъ, какъ мы видѣли въ Общей части настоящаго труда <т. I, изд. 2, стр. 207 — 208). Несмотря на то, что дѣеспособности личной какъ мы видѣли, расточитель и не лишается, но вслѣдствіе того, что имущество его изъемлется изъ его распоряженія и управленія, и онъ лишается имущественной дѣеспособности, едва ли не слѣдуетъ скорѣе полагать, что признаніе душеприказчика расточителемъ должно быть принимаемо и у насъ за основаніе прекращенія душеприказчества потому, что было бы непослѣдовательно предоставлять такому лицу завѣдываніе и управленіе имуществомъ чужимъ въ то время, какъ онъ лишенъ этого права по отношенію его собственнаго имущества.

Указаній, затѣмъ, на какія-либо другія основанія прекращенія душеприказчества уложеніе германское не даетъ, а равно они не могутъ быть извлечены и изъ 2330 ст. нашего закона, но, несмотря на это, указаніе основаній его прекращенія, только что перечисленныхъ, на самомъ дѣлѣ не можетъ имѣть значенія исчерпывающаго указанія. Такъ, Гольмстенъ и Любимовъ, какъ мы видѣли выше, какъ на одно изъ такихъ основаній указываютъ на гибель того имущества, приведеніе распоряженій относительно котораго въ исполненіе завѣщателемъ было поручено душеприказчику, указаніе на каковое основаніе его прекращенія представляется вполнѣ основательнымъ уже по той причинѣ, что исполненіе возложеннаго на него порученія представляется объективно невозможнымъ, вслѣдствіе гибели его предмета. Слѣдуетъ только къ этому указанію Гольмстена добавить еще, что душеприказчество должно считаться подлежащимъ прекращенію также и въ случаяхъ наступленія обстоятельствъ, равносильныхъ гибели предмета обязательства душеприказчика, какъ вапр., его конфискаціи, за исключеніемъ случаевъ, какъ онъ правильно указалъ, замѣны погибшаго имущества его эквивалентомъ, какъ напр., суммой страхового вознагражденія за него, а также можно прибавить, суммой, слѣдуемой за него