Страница:История торговых кризисов в Европе и Америке (Вирт) 1877.pdf/68: различия между версиями

е → ё
(ё, орфография)
(е → ё)
Тело страницы (будет включаться):Тело страницы (будет включаться):
Строка 6: Строка 6:
|рабочего класса, то он, вследствие того, что негоцианты сделались гораздо осторожнее с своими спекуляциями и не так легко пускались в новые предприятия, а многие старались, по возможности, ограничить и прежний свой круг деятельности, — впал в положительную нищету. Лишь с 1788 торговая деятельность начала снова {{Опечатка2|понемному|понемногу}} подниматься, чему немало способствовала торговля хлебом, предпринятая с Архангельском и принявшая мало-помалу значительные размеры. Перед наступлением французской революции гамбургская торговля снова пошла в гору и достигла, благодаря особым благоприятствовавшим ей обстоятельствам, таких размеров, что в 1798 г. можно было по некоторым знамениям времени снова предсказать приближающийся кризис.
|рабочего класса, то он, вследствие того, что негоцианты сделались гораздо осторожнее с своими спекуляциями и не так легко пускались в новые предприятия, а многие старались, по возможности, ограничить и прежний свой круг деятельности, — впал в положительную нищету. Лишь с 1788 торговая деятельность начала снова {{Опечатка2|понемному|понемногу}} подниматься, чему немало способствовала торговля хлебом, предпринятая с Архангельском и принявшая мало-помалу значительные размеры. Перед наступлением французской революции гамбургская торговля снова пошла в гору и достигла, благодаря особым благоприятствовавшим ей обстоятельствам, таких размеров, что в 1798 г. можно было по некоторым знамениям времени снова предсказать приближающийся кризис.


Войны, обусловленные французскою революцией, необычайно расширили деятельность этого ганзейского города. Уже в 1792 г. Гамбург и его банк были местом, куда стекались товары и деньги изо всех тех стран, где наиболее опасались возможности войны. Это объяснялось тем, что гамбургские купцы успели за последние тридцать лет приобрести себе своей сдержанностью и осторожностью репутацию благоразумия, предусмотрительности и честности. Банкротства между ними сделались реже, чем когда-либо. Весною 1792 г. в Гамбург прибыли зараз 24 {{Опечатка2|корабря|корабля}} с богатым грузом товаров, принадлежавших англичанам и французам, которые, недоверчиво посматривая на знамения времени, заботились препроводить свое имущество в безопасное место. В 1795 г., вслед за занятием Голландии войсками, почти вся торговля последней переселилась в Гамбург. Этот последний сделался таким образом, мало-помалу, для северной Европы таким же главным рынком, каким Лондон был для всего мира. Многие голландцы переселились в Гамбург и приобрели там права гражданства. Гамбуржцам это положение дел было чрезвычайно выгодно, так как не только пути для их товаров оставались свободны во все стороны, но и морская торговля стояла в более благоприятных условиях, чем когда-либо. Война в Нидерландах открыла даже новые торговые пути, так как товары, шедшие из Нидерландов вверх по Рейну в значительную часть Германии и Швейцарии, — теперь стали направляться в те же страны через Гамбург сухим путем и даже, как утверждает {{опечатка2|Бюшь|Бюш}}, оказывалось выгодным некоторое время препровождать сахар и другие товары сухим путем в Италию. Благодаря такому благоприятному стечению обстоятельств, многие торговые фирмы нажили в период 1792—1797 гг. колоссальные барыши; целые состояния наживались с невероятною быстротою, и, хотя многие снова начали пускаться в рискованные спекуляции, тем не менее, за эти пять лет насчитывали не более четырех банкротств.
Войны, обусловленные французскою революцией, необычайно расширили деятельность этого ганзейского города. Уже в 1792 г. Гамбург и его банк были местом, куда стекались товары и деньги изо всех тех стран, где наиболее опасались возможности войны. Это объяснялось тем, что гамбургские купцы успели за последние тридцать лет приобрести себе своей сдержанностью и осторожностью репутацию благоразумия, предусмотрительности и честности. Банкротства между ними сделались реже, чем когда-либо. Весною 1792 г. в Гамбург прибыли зараз 24 {{Опечатка2|корабря|корабля}} с богатым грузом товаров, принадлежавших англичанам и французам, которые, недоверчиво посматривая на знамения времени, заботились препроводить своё имущество в безопасное место. В 1795 г., вслед за занятием Голландии войсками, почти вся торговля последней переселилась в Гамбург. Этот последний сделался таким образом, мало-помалу, для северной Европы таким же главным рынком, каким Лондон был для всего мира. Многие голландцы переселились в Гамбург и приобрели там права гражданства. Гамбуржцам это положение дел было чрезвычайно выгодно, так как не только пути для их товаров оставались свободны во все стороны, но и морская торговля стояла в более благоприятных условиях, чем когда-либо. Война в Нидерландах открыла даже новые торговые пути, так как товары, шедшие из Нидерландов вверх по Рейну в значительную часть Германии и Швейцарии, — теперь стали направляться в те же страны через Гамбург сухим путём и даже, как утверждает {{опечатка2|Бюшь|Бюш}}, оказывалось выгодным некоторое время препровождать сахар и другие товары сухим путём в Италию. Благодаря такому благоприятному стечению обстоятельств, многие торговые фирмы нажили в период 1792—1797 гг. колоссальные барыши; целые состояния наживались с невероятною быстротою, и, хотя многие снова начали пускаться в рискованные спекуляции, тем не менее, за эти пять лет насчитывали не более четырёх банкротств.


Наконец, когда в начале 1798 г. французским декретом от 29 нивоза, каперство было формально разрешено и почти вся морская торговля}}
Наконец, когда в начале 1798 г. французским декретом от 29 нивоза, каперство было формально разрешено и почти вся морская торговля}}