ЭСБЕ/Вавилония: различия между версиями

12 байт добавлено ,  11 лет назад
м
Оформление французских названий шаблоном
(Automated import of articles)
 
м (Оформление французских названий шаблоном)
Магия, как предмет изучения, была своего рода знанием; но по своим причитаниям и формулам она прямо переходила в область искусства, так как сила того или другого причитания находилась в тесной зависимости от его словесной выразительности или лирической восторженности. Поэтому длинные причитания суть своего рода поэмы, иногда достигающие большой силы. Тем же поэтическим характером отличаются и вообще литературные произведения Вавилонии. В области религиозной лирики выдаются гимны, которые по возвышенности и глубине чувства могут быть сопоставлены с подобными же гимнами или псалмами евреев. Рядом с поэзией у вавилонян была весьма развита музыка, находившая широкое применение при богослужении, а также при общественных и частных пиршествах, особенно во дворцах и домах знати. На барельефах часто встречаются изображения музыкантов, которые целыми оркестрами играют на разных музыкальных инструментах — флейтах, цитрах, арфах, цимбалах и др. По большим городам ходили уличные труппы музыкантов, состоявшие иногда из более чем 20 человек, с женами и детьми, которые подпевали или хлопали в ладоши. Эти уличные труппы по преимуществу состояли из пленников, и между ними в позднейшее время особенно славились своей музыкой иудеи. Что касается, наконец, пластических искусств, то в этом отношении вавилоняне создали много замечательного. Хотя они и не достигли ясного сознания идеала художественной красоты, но все-таки у них нельзя отрицать художественного чутья, ясно проявившегося во многих произведениях архитектуры и скульптуры. Их архитектура, правда, отличалась известной тяжеловесностью и часто непропорциональностью частей, так что храмы и дворцы походили скорее на крепости с изумительными по толщине стенами и малыми просветами; но художественное чувство давало себя знать в детальной отделке, например, ворот и входов, украшенных часто колоннадами, стиль которых перешел в наследие к грекам. Внутренность дворцов и храмов богато орнаментировалась произведениями скульптуры и ваяния. На этих произведениях лежит печать здорового реализма, старавшегося воспроизводить явления окружающего мира в их неприкрашенной действительности. В позднейших произведениях нельзя не заметить некоторой наклонности к преувеличению, например, в скульптурных фигурах человекообразных крылатых быков, которые своей чрезмерной мускульностью производят впечатление неестественности, хотя и не лишенной мощного величия. Вообще нужно сказать, что вавилонским художникам фигуры животных удавались лучше, чем фигуры людей, которые отличаются монотонностью композиции. В целой скульптурной галерее ассиро-вавилонских царей трудно заметить какую-либо вариацию в типе или выражении, неизменно носящем на себе печать сурово-непреклонного величия. Скульптурное искусство находило себе особенно широкое применение в барельефных изображениях, которыми украшались стены храмов и дворцов. Вавилонянам известна была и живопись, к которой часто прибегали скульпторы с целью оживления своих произведений; затем, она находила себе также широкое применение при орнаментации внутренних стен. Живописные изображения, которых, к сожалению, сохранилось очень мало, естественнее и проще скульптурных.
 
''Литература предмета''. Источники по изучению В. распадаются на два класса, из которых к первому принадлежат древние свидетельства классических писателей, а ко второму — клинописная литература. Среди классических писателей первое место принадлежит Геродоту, который посвятил В. первую из 9 книг своей истории. Здесь можно найти массу драгоценного материала для изучения бытовой стороны жизни вавилонян, хотя в то же время нельзя не заметить обычного у Геродота недостатка — отсутствия должной критической проверки сообщаемых с чужих слов сведений. Более существенное значение имеет сочинение вавилонского жреца Бероза, написавшего историю В. на греческом языке для современников Александра Великого и пользовавшегося при ее составлении подлинными вавилонскими документами. К сожалению, сочинение его (Βαβυλωνικά) дошло до нас только в отрывках и извлечениях у позднейших писателей (И. Флавия, Евсевия и др.). Из этих отрывков видно, что Бероз особенно подробно излагал историю первобытных времен. Его сообщения подтверждаются новейшими открытиями. К этому же классу можно отнести Библию, в которой имеется много ценного материала для изучения как внешней истории Вавилонии в периоды соприкосновения ее с историей иудейского народа, так и особенно внутреннего быта вавилонских царей. К другому классу источников принадлежит вся богатейшая по своему разнообразию клинописная литература, которая дала возможность вполне восстановить историю В. во всех подробностях ее политической и культурной жизни и чрезвычайно усилила интерес к ней. Если в прежнее время, при скудости источников, история В. представляла лишь набор тощих и неправдоподобных сведений, то теперь она получила вполне научный характер, несмотря на то, что некоторые периоды еще нуждаются в дополнительном материале, который изобильно доставляется раскопками. Из новейших обработок истории В. (кроме указанных под словом Ассирия) можно указать следующие сочинения: G. Rawlinson, «The five great Monarchies of the Eastern world» (2-е изд., 1871 г., в I и II т.); G. Smith, «History of Babylonia» (1877 г.); IV и V тома F. Lenormant, «{{lang|fr|Histoire ancienne de l’Orient}}» (9-е иллюстрированное изд., 1885—87); Thiele, «Babylonisch-Assyrische Geschichte» (1886—1888); Hommel, «Geschichte Babyloniens-Assyriens» (Лейпциг, 1889 г.) и др. Сочинения Ленормана и Гоммеля богато иллюстрированы снимками с памятников. В нашей литературе история В. — еще непочатый край; есть несколько журнальных статей, но нельзя указать ни одного самостоятельного сочинения, если не считать небольшой книжки профессора Н. Астафьева: «Вавилоно-Ассирийские древности по новейшим открытиям» (СПб., 1882 г.). Из переводных сочинений можно указать на трактат Сэйса: «Ассиро-Вавилонская литература» (СПб., 1879 г.) и на соответствующие отделы в «Истории древнего Востока» Ленормана, в переводе Команина, (Киев, 1879 г.) и «Всеобщей истории» Г. Вебера (т. I, перевод Андреева-Чернышевского, Москва, 1885). К сожалению, перевод Ленормана сделан с устарелого издания, а соответствующий отдел в истории Вебера даже в новых изданиях (а следовательно, и в русском) не идет дальше ассириологии 70-х годов, между тем как с того времени наука сделала большие успехи.
 
{{ЭСБЕ/Автор|А. Лопухин}}.
70 074

правки