Если вдруг, без видимых причин (Фет): различия между версиями

Нет описания правки
(Новая: {{header | title = Мы, Шемзеддин, со чадами своими… <ref> По мысли Фета, это перевод стихотворения Гафиза ([[Х...)
 
{{header
| title = Мы,Если Шемзеддинвдруг, собез чадамивидимых своими…причин… <ref> По мысли Фета, это перевод стихотворения [[Гафиз]]а ([[Хафиз|Хафиза Ширази]]) с немецкого перевода [[Георг Фридрих Даумер|Г. Ф. Даумера]]. Однако эти немецкие переводы, как оказалось впоследствии, являлись вольными подражаниями или, вернее, оригинальными произведениями самого Даумера.
</ref>
| author = [[Афанасий Афанасьевич Фет]] (1820—1892)
| section =
| previous = ← [[ОМы, еслиШемзеддин, бысо озеромчадами был я ночнымсвоими (Фет)|ОМы, если бы озеромШемзеддин, былсо ячадами ночным…своими…]]
| next = [[ЕслиЯ вдруг,был безпустынною видимых причинстраной (Фет)|Если вдруг,Я безбыл видимыхпустынною причин…страной…]] →
| notes = Включено в цикл «Из [[Гафиз]]а», 1859.}}
[[Категория:Поэзия Хафиза]]
* * *
 
(* * *) " Если вдруг, без видимых причин,.."
Мы, Шемзеддин, со чадами своими,
Затоскую, загрущу один.
Мы, шейх Гафиз и все его монахи,-
Особенный и странный мы народ.
Если плоть и кости у меня
Удручены и вечных жалоб полны,
Станут ныть и чахнуть без кручин,
Без устали ярмо свое влача,
(1859)
Роняя перлы из очей горячих,-
Не давай мне горьких пить лекарств:
Мы веселы и ясны, как свеча.
Не терплю я этих чертовщин.
Подобно ей мы таем, исчезаем,
И, как она, улыбкой счастья светим.
Принеси ты чашу мне вина,
Пронизаны кинжалами ресниц
С нею лютню, флейту, тамбурин.
Жестоких, вечно требующих крови,
Мы только в этих муках и живем,
Если это не поможет мне,
В греховном мире вечно утопая,
Принеси мне сладких уст рубин.
С раскаяньем нисколько не знакомы,
А между тем, свободные от злого,
МыЕсли вечнож детия света,и атут не тьмы -исцелюсь,
Говори, что умер Шемзеддин.
И тем толпе вполне непостижимы.
Она людей трех видов только знает;
Ханжу, во-первых, варвара тупого,
Фанатика, с его душою мрачной,
А во-вторых - развратника без сердца,
Ничтожного, сухого эгоиста,
И, наконец, - обычной колеей
Бредущего; но для людей, как мы,
Ей не найти понятья и названья.
''<1859>''
 
 
 
 
(* * *) "Мы, Шемзеддин, со чадами своими,.."
Мы, Шемзеддин, со чадами своими,
Мы, шейх Гафиз и все его монахи,-
Особенный и странный мы народ.
Удручены и вечных жалоб полны,
Без устали ярмо свое влача,
Роняя перлы из очей горячих,-
Мы веселы и ясны, как свеча.
Подобно ей мы таем, исчезаем,
И, как она, улыбкой счастья светим.
Пронизаны кинжалами ресниц
Жестоких, вечно требующих крови,
Мы только в этих муках и живем,
В греховном мире вечно утопая,
С раскаяньем нисколько не знакомы,
А между тем, свободные от злого,
Мы вечно дети света, а не тьмы -
И тем толпе вполне непостижимы.
Она людей трех видов только знает;
Ханжу, во-первых, варвара тупого,
Фанатика, с его душою мрачной,
А во-вторых - развратника без сердца,
Ничтожного, сухого эгоиста,
И, наконец, - обычной колеей
Бредущего; но для людей, как мы,
Ей не найти понятья и названья.
(1859)
 
(* * *) "Если вдруг, без видимых причин,.."
Если вдруг, без видимых причин,
Затоскую, загрущу один.
212 513

правок