Страница:Дернбург. Пандекты. Т. I (1906).djvu/51: различия между версиями

Нет описания правки
 
 
Тело страницы (будет включаться):Тело страницы (будет включаться):
Строка 3: Строка 3:
 
''Аккурсий'' присоединил к глоссам предшественников свои собственные, уступающие по своему достоинству первым. Но эта так наз. glossa ordinaria является для грядущих поколений главным свидетельством усердия и глубокомыслия глоссаторов<ref>Глоссаторы кроме глосс написали и другие сочинения, так напр. Summae, расположенные преимущественно по порядку кодекса. Более других известной была Summa юриста Aso ad Codicem, впоследствии напечатанная. Собрание спорных пунктов глоссаторов помещено у Hänel'а: Dissensiones dominorum, Leipzig, 1834.</ref>.
 
''Аккурсий'' присоединил к глоссам предшественников свои собственные, уступающие по своему достоинству первым. Но эта так наз. glossa ordinaria является для грядущих поколений главным свидетельством усердия и глубокомыслия глоссаторов<ref>Глоссаторы кроме глосс написали и другие сочинения, так напр. Summae, расположенные преимущественно по порядку кодекса. Более других известной была Summa юриста Aso ad Codicem, впоследствии напечатанная. Собрание спорных пунктов глоссаторов помещено у Hänel'а: Dissensiones dominorum, Leipzig, 1834.</ref>.
   
2. Далее следовали ''постлоссаторы'', называемые также ''комментаторами'' или консилиаторами. Казалось, глосса сделала для исследования Юстинианова права все доступное человеческому уму. Теперь подымался вопрос о применении добытых духовных сокровищ к оживленному гражданскому обороту Италии позднейшего периода средних веков. Стали поэтому думать о преобразовании римских норм права в духе соответствия потребностям времени. Хотя по прежнему продолжали учить и писать, применяясь к легальному порядку, но теперь дело шло не столько о толковании отдельных мест источников, сколько о согласовании правовых, норм, созданных самой жизнью, с текстом этих мест. К со-
+
2. Далее следовали ''постлоссаторы'', называемые также ''комментаторами'' или консилиаторами. Казалось, глосса сделала для исследования Юстинианова права все доступное человеческому уму. Теперь подымался вопрос о применении добытых духовных сокровищ к оживленному гражданскому обороту Италии позднейшего периода средних веков. Стали поэтому думать о преобразовании римских норм права в духе соответствия потребностям времени. Хотя по прежнему продолжали учить и писать, применяясь к легальному порядку, но теперь дело шло не столько о толковании отдельных мест источников, сколько о согласовании правовых норм, созданных самой жизнью, с текстом этих мест. К со-