Страница:Сочинения Платона (Платон, Карпов). Том 6, 1879.pdf/207: различия между версиями

м
Бот: автоматизированная замена текста (-(-->\|<!--.*?){{нет ошибки\|раж(д.*?)}} +\1рож\2)
[досмотренная версия][досмотренная версия]
(заливка совр.орф. {{ВАР}} *** существующий текст перезаписан ***)
м (Бот: автоматизированная замена текста (-(-->\|<!--.*?){{нет ошибки\|раж(д.*?)}} +\1рож\2))
Тело страницы (будет включаться):Тело страницы (будет включаться):
Строка 6: Строка 6:
-->значение главных входящих в нее понятий, — именно: что{{гравис}} такое τὸ ἓν ὄν, и что{{гравис}} такое τὰ ἄλλα, или τὰ ἕτερα. Сам Платон нигде точно не определяет их, и нам приходится доискиваться их смысла чрез рассмотрение всего содержания Парменидовых рассуждений.
-->значение главных входящих в нее понятий, — именно: что{{гравис}} такое τὸ ἓν ὄν, и что{{гравис}} такое τὰ ἄλλα, или τὰ ἕτερα. Сам Платон нигде точно не определяет их, и нам приходится доискиваться их смысла чрез рассмотрение всего содержания Парменидовых рассуждений.


При сравнении настоящего рассуждения об одном, поколику оно ''есть,'' с прежним — то же об одном, поколику оно рассматривается само по себе, ''без соединения с сущностью,'' ясно открывается различие между тем и другим. Как там одно не терпит ни формы, ни свойства, ни закона, ни условия, и потому не может быть ни познаваемым, ни ощущаемым; так здесь, по соединении с сущностью, оно принимает бесконечное разнообразие форм, условий, отношений, даже взаимно себе противоречущих и взаимно себя исключающих. Такая особенность одного в последнем случае происходит, конечно, от того, что здесь оно необходимо поставляется в различные сравнения и ограничения; ибо, как скоро мы созерцаем не одну безотносительно полагаемую сущность, а представляем множество идей, у нас, по различию возникающих в уме форм, непременно {{нет ошибки|раждаются}} вопросы об отношениях между ними и подвергаются обсуждению сообразно логическим приемам рассудка, — так или иначе, смотря по тому, направляется ли он в область метафизики, или держится в сфере формальных понятий. Так думаем мы об одном, поколику оно есть, и так, вероятно, разумел его Парменид. Если верно то, что одно, рассматриваемое само по себе, как бесконечное, и у пифагорейцев называвшееся τὸ ἄπειρον, Платон, в школьной своей теории идей, называл τὸ μέγα καὶ τὸ μικρόν, или τὴν ἀόριστον δυάδα; то легко заключить, что τὸ ἓν ὄν, или τὸ ἓν εἰ ἔστι, у него было такое одно, какому пифагорейцы давали имя: τὸ πέρας ἔχον, или τὸ πεπερασμένον. Соединяясь с сущностью, этому одному, без сомнения, надлежало иметь все те свойства, которые прежде отняты были от одного бесконечного; так что}}<section end="Парменид. Введение" />
При сравнении настоящего рассуждения об одном, поколику оно ''есть,'' с прежним — то же об одном, поколику оно рассматривается само по себе, ''без соединения с сущностью,'' ясно открывается различие между тем и другим. Как там одно не терпит ни формы, ни свойства, ни закона, ни условия, и потому не может быть ни познаваемым, ни ощущаемым; так здесь, по соединении с сущностью, оно принимает бесконечное разнообразие форм, условий, отношений, даже взаимно себе противоречущих и взаимно себя исключающих. Такая особенность одного в последнем случае происходит, конечно, от того, что здесь оно необходимо поставляется в различные сравнения и ограничения; ибо, как скоро мы созерцаем не одну безотносительно полагаемую сущность, а представляем множество идей, у нас, по различию возникающих в уме форм, непременно рождаются вопросы об отношениях между ними и подвергаются обсуждению сообразно логическим приемам рассудка, — так или иначе, смотря по тому, направляется ли он в область метафизики, или держится в сфере формальных понятий. Так думаем мы об одном, поколику оно есть, и так, вероятно, разумел его Парменид. Если верно то, что одно, рассматриваемое само по себе, как бесконечное, и у пифагорейцев называвшееся τὸ ἄπειρον, Платон, в школьной своей теории идей, называл τὸ μέγα καὶ τὸ μικρόν, или τὴν ἀόριστον δυάδα; то легко заключить, что τὸ ἓν ὄν, или τὸ ἓν εἰ ἔστι, у него было такое одно, какому пифагорейцы давали имя: τὸ πέρας ἔχον, или τὸ πεπερασμένον. Соединяясь с сущностью, этому одному, без сомнения, надлежало иметь все те свойства, которые прежде отняты были от одного бесконечного; так что}}<section end="Парменид. Введение" />