Старые годы в селе Плодомасове (Лесков)/Очерк 3/Глава 1: различия между версиями

орфография
(Новая: «{{Отексте |АВТОР=Николай Семёнович Лесков (1831-1895) |НАЗВАНИЕ=Старые годы в селе Плодомасове. Очерк…»)
 
(орфография)
 
Николая Афанасьевича наперебой засыпали вопросами о различных предметах, усаживали, потчевали всем; он отвечал на все вопросы умно и находчиво, но отказывался от всех угощений, говоря, что давно уже ест мало, и то однажды в сутки.
 
— Вот сестрица, они покушают,— проговорил он и тотчас же, обратясь к сестре, добавил: — Садитесь, сестрица, кушайте! Когда просят хозяева, чего церемониться? Вы, может быть, без меня не хотите, так позвольте мне, сударыня Ольга Арсентьевна, морковной лачиночкиначиночки из пирожка на блюдце... Вот так, довольно-с, довольно! Теперь, сестрица, кушайте, а с меня довольно. Меня нынче, государи мои, и кормить-то уж не за что — нитяного чулка, и того вязать не в состоянии. Лучше гораздо сестрицы вязал когда-то, а нынче стану вязать, всё петли спускаю.
 
— А бывало, Никола, ты славно вязал!— отозвался Туберозов, весь оживившийся и повеселевщийповеселевший с прибытием карлика.
 
— Ах, отец Савелий, государь! Время, государь, время.— Карлик улыбнулся и договорил шутя: — Строгости надо мной, государь, не стало; избаловался после смерти моей благодетельницы. Что! хлеб-соль готовые, кров теплый — поел казак да на бок, с того казак и гладок.