Страница:История торговых кризисов в Европе и Америке (Вирт) 1877.pdf/68: различия между версиями

оформление
(оформление, орфография)
(оформление)
Заголовок (не включается):Заголовок (не включается):
Строка 1: Строка 1:
<div class="oldspell-indent">
<div class="indent">
Тело страницы (будет включаться):Тело страницы (будет включаться):
Строка 7: Строка 7:
-->|<!--
-->|<!--


-->рабочего класса, то он, вследствие того, что негоцианты сделались гораздо осторожнее с своими спекуляциями и не так легко пускались в новые предприятия, а многие старались, по возможности, ограничить и прежний свой круг деятельности, — впал в положительную нищету. Лишь с 1788 торговая деятельность начала снова понемногу подниматься, чему немало способствовала торговля хлебом, предпринятая с Архангельском и принявшая мало-помалу значительные размеры. Перед наступлением французской революции гамбургская торговля снова пошла в гору и достигла, благодаря особым благоприятствовавшим ей обстоятельствам, таких размеров, что в 1798 году можно было по некоторым знамениям времени снова предсказать приближающийся кризис.
-->рабочего класса, то он вследствие того, что негоцианты сделались гораздо осторожнее с своими спекуляциями и не так легко пускались в новые предприятия, а многие старались, по возможности, ограничить и прежний свой круг деятельности, — впал в положительную нищету. Лишь с 1788 торговая деятельность начала снова понемногу подниматься, чему немало способствовала торговля хлебом, предпринятая с Архангельском и принявшая мало-помалу значительные размеры. Перед наступлением французской революции гамбургская торговля снова пошла в гору и достигла, благодаря особым благоприятствовавшим ей обстоятельствам, таких размеров, что в 1798 году можно было по некоторым знамениям времени снова предсказать приближающийся кризис.


Войны, обусловленные французскою революцией, необычайно расширили деятельность этого ганзейского города. Уже в 1792 году Гамбург и его банк были местом, куда стекались товары и деньги изо всех тех стран, где наиболее опасались возможности войны. Это объяснялось тем, что гамбургские купцы успели за последние тридцать лет приобрести себе своей сдержанностью и осторожностью репутацию благоразумия, предусмотрительности и честности. Банкротства между ними сделались реже, чем когда-либо. Весною 1792 года в Гамбург прибыли зараз двадцать четыре корабля с богатым грузом товаров, принадлежавших англичанам и французам, которые, недоверчиво посматривая на знамения времени, заботились препроводить своё имущество в безопасное место. В 1795 году, вслед за занятием Голландии войсками, почти вся торговля последней переселилась в Гамбург. Этот последний сделался, таким образом, мало-помалу, для Северной Европы таким же главным рынком, каким Лондон был для всего мира. Многие голландцы переселились в Гамбург и приобрели там права гражданства. Гамбуржцам это положение дел было чрезвычайно выгодно, так как не только пути для их товаров оставались свободны во все стороны, но и морская торговля стояла в более благоприятных условиях, чем когда-либо. Война в Нидерландах открыла даже новые торговые пути, так как товары, шедшие из Нидерландов вверх по Рейну в значительную часть Германии и Швейцарии, — теперь стали направляться в те же страны через Гамбург сухим путём и даже, как утверждает Бюш, оказывалось выгодным некоторое время препровождать сахар и другие товары сухим путём в Италию. Благодаря такому благоприятному стечению обстоятельств, многие торговые фирмы нажили в период 1792—1797 годов колоссальные барыши; целые состояния наживались с невероятною быстротою, и, хотя многие снова начали пускаться в рискованные спекуляции, тем не менее, за эти пять лет насчитывали не более четырёх банкротств.
Войны, обусловленные французскою революциею, необычайно расширили деятельность этого ганзейского города. Уже в 1792 году Гамбург и его банк были местом, куда стекались товары и деньги изо всех тех стран, где наиболее опасались возможности войны. Это объяснялось тем, что гамбургские купцы успели за последние тридцать лет приобрести себе своей сдержанностью и осторожностью репутацию благоразумия, предусмотрительности и честности. Банкротства между ними сделались реже, чем когда-либо. Весною 1792 года в Гамбург прибыли зараз двадцать четыре корабля с богатым грузом товаров, принадлежавших англичанам и французам, которые, недоверчиво посматривая на знамения времени, заботились препроводить сво{{ё}} имущество в безопасное место. В 1795 году, вслед за занятием Голландии войсками, почти вся торговля последней переселилась в Гамбург. Этот последний сделался, таким образом, мало-помалу для Северной Европы таким же главным рынком, каким Лондон был для всего мира. Многие голландцы переселились в Гамбург и приобрели там права гражданства. Гамбуржцам это положение дел было чрезвычайно выгодно, так как не только пути для их товаров оставались свободны во все стороны, но и морская торговля стояла в более благоприятных условиях, чем когда-либо. Война в Нидерландах открыла даже новые торговые пути, так как товары, шедшие из Нидерландов вверх по Рейну в значительную часть Германии и Швейцарии, — теперь стали направляться в те же страны через Гамбург сухим пут{{ё}}м и даже, как утверждает Бюш, оказывалось выгодным некоторое время препровождать сахар и другие товары сухим пут{{ё}}м в Италию. Благодаря такому благоприятному стечению обстоятельств, многие торговые фирмы нажили в период 1792—1797 годов колоссальные барыши; целые состояния наживались с невероятною быстротою, и, хотя многие снова начали пускаться в рискованные спекуляции, тем не менее за эти пять лет насчитывали не более четыр{{ё}}х банкротств.


Наконец, когда в начале 1798 года французским декретом от 29 нивоза<ref>{{ПримВТ|21/23 декабря — 19/21 января. См. [[w:нивоз|нивоз]] в Википедии.}}</ref>, каперство было формально разрешено и почти вся морская торговля}}
Наконец, когда в начале 1798 года французским декретом от 29 нивоза<ref>{{ПримВТ|21/23 декабря — 19/21 января. См. [[w:нивоз|нивоз]] в Википедии.}}</ref>, каперство было формально разрешено и почти вся морская торговля}}