Вильям Вильсон (По; В.И.Т.): различия между версиями

нет описания правки
Нет описания правки
Нет описания правки
 
Таким образом, мало-помалу во мне укреплялся протест против его возмутительного надзора, и я с каждым днем все более и более ненавидел то, что считал с его стороны невозможною дерзостью. Я говорил уже, что в первые годы нашего товарищества, мои чувства к нему могли легко перейти в дружбу, но в продолжение последних месяцев моего пребывания в школе, хотя он и меньше надоедал мне своими обычными приемами поддразнивания, мое отношение к нему сделало поворот в сторону положительной ненависти.
 
Как мне кажется, ему удалось это заметить при одном обстоятельстве, и с тех пор он стал меня избегать, или старался сделать вид, что избегает.
 
Почти в то же время, если мне только не изменяет память, у нас произошла с ним бурная стычка, во время которой он, выйдя из рамок своей обычной сдержанности, говорил и поступал с совершенно несвойственной ему развязностью. Тогда-то я открыл, или мне показалось, что я открыл в его разговоре, в манере и в его общем облике то, что сначала заставило меня содрогнуться, затем глубоко заинтересовало меня, вызвав в моем представлении какие-то неясные видения моего раннего детства, какие-то странные, смешанные мимолетные воспоминания о том времени, о котором моя память не сохранила никаких сведений. Всего лучше я могу определить это гнетущее ощущение, сказав, что мне трудно было отделаться от мысли, что я уже как будто раньше, в какую-то очень отдаленную эпоху знал моего однофамильца. Эта иллюзия, во всяком случае, исчезла так же быстро, как и появилась, и я упоминаю о ней только для объяснения моего последнего разговора с моим alter ego.
 
Старый и обширный дом с своими бесконечными подразделениями заключал в себе несколько больших, соединявшихся между собой комнат, служивших спальнями для большей части учеников. Тем не менее (как это непременно и должно было быть в здании с таким запутанным планом), в нем находилась масса углов и закоулков, — которые в целях экономии изобретательный доктор Брансби тоже превратил в дортуары; но так как это были небольшие клетушки, то в них не могло помещаться больше одного ученика. Одну из таких маленьких комнат и занимал Вильсон.