Страница:Народоведение. Том I (Ратцель, 1904).djvu/318

Эта страница была вычитана



Для другихъ цѣлей отдѣльныя племена заключаютъ союзы между собою. Союзы фиджійцевъ обходятся весьма дорого; союзниковъ не только приходится кормить, но имъ предоставляется право хозяйничать во всей области своихъ „друзей“, какъ настоящимъ владѣльцамъ. Сношенія въ обыденной жизни установлены по строгой формѣ. На Палау слово „мугуль“, т. е. „неприличное“, имѣетъ такое сильное значеніе, что уступаетъ лишь табу. Какъ у малайцевъ и другихъ народовъ, здѣсь считается „мугуль“ у кого нибудь спросить: „какъ тебя зовутъ?“ Привѣтствіе выражается такъ: „кто ты?“ При началѣ разговора сдѣдуетъ спросить: „новаго ничего нѣтъ?“ или „скажи намъ твою новость“. Уходя, надо сказать просто: „я ухожу“. Вообще, эти обычаи во многомъ сходны съ полинезійскими и прежде были, быть можетъ, сходны еще болѣе. Такъ, старинная форма привѣтствія на Палаускихъ островахъ — потереть себѣ лицо ногою или рукою привѣтствуемаго, наряду съ полинезійскимъ привѣтственнымъ треніемъ носовъ, встрѣчается и на Гервеевыхъ островахъ; то же можно сказать и о пріемѣ чужихъ лицъ, сопровождавшемся словами, произносившимися хоромъ нараспѣвъ. Во всѣхъ условіяхъ нравы сильнѣе нравственности. Было-бы оптимизмомъ считать нравственнымъ то, что микронезійскія дѣвушки при легкихъ нарушеніяхъ приличія выказывали признаки негодованія.

Обиліе оружія плохо мирится съ мягкимъ характеромъ большинства полинезійскихъ племенъ. Но не вездѣ является только видимость воинственности. За фиджійцами нельзя признать, въ сущности, воинственный характеръ, но рѣдко случается, чтобы не было войны на всемъ архипелагѣ: она заключается въ общихъ условіяхъ и привычкахъ и выступаетъ, какъ простое послѣдствіе многочисленности независимыхъ властителей. Такое часто встрѣчающееся явленіе, какъ ночное кудахтанье курицы, считается предзнаменованіемъ войны; у насъ для этого требуетея, по крайней мѣрѣ, появленіе кометы. Въ Полинезіи были болѣе воинственные народы; маорисовъ можно назвать полинезійскими зулусами или апачами. Война, какъ необходимость, проходитъ красной, очень замѣтной нитью по всей жизни обитателей острововъ Маркизскихъ, Таити и Джильбертовыхъ. Военная слава маленькихъ острововъ Паумоту была такъ велика, что у начальниковъ на Таити были наемные воины, взятые оттуда. Именно, тѣсное пространство содѣйствовало развитію такихъ положеній; чѣмъ мельче были государства, тѣмъ ревнивѣе и непримиримѣе была ихъ политика. Неистощимыми источниками враждебныхъ столкновеній было обвиненіе семейной группы, будто члены другой группы нанесли какое-либо оскорбленіе ея умершимъ, а также нарушеніе брачныхъ обѣщаній. При этомъ, конечно, страдаетъ общее благосостояніе не только туземцевъ, но и чужихъ поселенцевъ; въ виду того, миссіонеры веегда стремились ввести соглашеніе между различными округами. Но это было напрасно: въ мелкихъ государствахъ заключалась гибель Полинезіи гораздо раньше, чѣмъ ей стала извѣстна европейская культура съ ея излишествами. Въ этомъ заключается одно изъ препятствій, заставлявшихъ корни полинезійской культуры распространяться больше въ ширину, чѣмъ въ глубину; достаточно вспомнить раздробленіе новозеландцевъ.

Частымъ войнамъ способствовали также постоянныя организаціи военнаго характера. Камеамеа I основалъ собственную армію, названіе которой означало „тотъ, кто ѣстъ стоя“, т. е. „всегда готовый къ битвѣ“. На островахъ Товарищества и въ другихъ мѣстахъ военная каста составляла постоянную свиту начальниковъ. Въ каждомъ округѣ можно найти деревню, жителямъ которой предоставлено право биться на войнѣ впереди другихъ. Наблюдательный постъ считается почетнымъ, такъ какъ онъ обезпечиваетъ особое значеніе въ мирное время и преимущественную долю во всѣхъ праздничныхъ угощеніяхъ. Племена особенно воинственныя встрѣчаются на всѣхъ болѣе крупныхъ островахъ: таковы на сѣверномъ


Тот же текст в современной орфографии

Для других целей отдельные племена заключают союзы между собою. Союзы фиджийцев обходятся весьма дорого; союзников не только приходится кормить, но им предоставляется право хозяйничать во всей области своих «друзей», как настоящим владельцам. Сношения в обыденной жизни установлены по строгой форме. На Палау слово «мугуль», т. е. «неприличное», имеет такое сильное значение, что уступает лишь табу. Как у малайцев и других народов, здесь считается «мугуль» у кого нибудь спросить: «как тебя зовут?» Приветствие выражается так: «кто ты?» При начале разговора сдедует спросить: «нового ничего нет?» или «скажи нам твою новость». Уходя, надо сказать просто: «я ухожу». Вообще, эти обычаи во многом сходны с полинезийскими и прежде были, быть может, сходны ещё более. Так, старинная форма приветствия на Палауских островах — потереть себе лицо ногою или рукою приветствуемого, наряду с полинезийским приветственным трением носов, встречается и на Гервеевых островах; то же можно сказать и о приёме чужих лиц, сопровождавшемся словами, произносившимися хором нараспев. Во всех условиях нравы сильнее нравственности. Было бы оптимизмом считать нравственным то, что микронезийские девушки при лёгких нарушениях приличия выказывали признаки негодования.

Обилие оружия плохо мирится с мягким характером большинства полинезийских племён. Но не везде является только видимость воинственности. За фиджийцами нельзя признать, в сущности, воинственный характер, но редко случается, чтобы не было войны на всём архипелаге: она заключается в общих условиях и привычках и выступает, как простое последствие многочисленности независимых властителей. Такое часто встречающееся явление, как ночное кудахтанье курицы, считается предзнаменованием войны; у нас для этого требуетея, по крайней мере, появление кометы. В Полинезии были более воинственные народы; маорисов можно назвать полинезийскими зулусами или апачами. Война, как необходимость, проходит красной, очень заметной нитью по всей жизни обитателей островов Маркизских, Таити и Джильбертовых. Военная слава маленьких островов Паумоту была так велика, что у начальников на Таити были наёмные воины, взятые оттуда. Именно, тесное пространство содействовало развитию таких положений; чем мельче были государства, тем ревнивее и непримиримее была их политика. Неистощимыми источниками враждебных столкновений было обвинение семейной группы, будто члены другой группы нанесли какое-либо оскорбление её умершим, а также нарушение брачных обещаний. При этом, конечно, страдает общее благосостояние не только туземцев, но и чужих поселенцев; в виду того, миссионеры веегда стремились ввести соглашение между различными округами. Но это было напрасно: в мелких государствах заключалась гибель Полинезии гораздо раньше, чем ей стала известна европейская культура с её излишествами. В этом заключается одно из препятствий, заставлявших корни полинезийской культуры распространяться больше в ширину, чем в глубину; достаточно вспомнить раздробление новозеландцев.

Частым войнам способствовали также постоянные организации военного характера. Камеамеа I основал собственную армию, название которой означало «тот, кто ест стоя», т. е. «всегда готовый к битве». На островах Товарищества и в других местах военная каста составляла постоянную свиту начальников. В каждом округе можно найти деревню, жителям которой предоставлено право биться на войне впереди других. Наблюдательный пост считается почётным, так как он обеспечивает особое значение в мирное время и преимущественную долю во всех праздничных угощениях. Племена особенно воинственные встречаются на всех более крупных островах: таковы на северном