На развалинах замка в Швеции (Батюшков)/ДО

На развалинахъ замка въ Швеціи[1]
авторъ Константинъ Николаевичъ Батюшковъ (1787—1855)
См. Опыты въ стихахъ (Элегіи). Изъ цикла «Элегіи». Дата созданія: 1814[2], опубл.: 1814[3]. Источникъ: Батюшковъ К. Н. Сочиненія: Въ 3 т. / Со ст. о жизни и соч. К. Н. Батюшкова, написанною Л. Н. Майковымъ, и примеч., составленными им же и В. И. Саитовымъ — СПб.: изд. П. Н. Батюшковымъ, 1887. — Т. 1. О жизни и сочиненіяхъ К. Н. Батюшкова; Стихотворенія. — С. 189—193 (2—й паг.).


На развалинахъ замка въ Швеціи


Уже свѣтило дня на западѣ горитъ
И тихо погрузилось въ волны.
Задумчиво луна сквозь тонкій паръ глядитъ
На хляби и брега безмолвны,
И все въ глубокомъ снѣ поморіе кругомъ.
Лишь изрѣдка рыбарь къ товарищамъ взываетъ,
Лишь эхо гласъ его протяжно повторяетъ
Въ безмолвіи ночномъ.

Я здѣсь, на сихъ скалахъ, висящихъ надъ водой,
Въ священномъ сумракѣ дубравы
Задумчиво брожу и вижу предъ собой
Слѣды протекшихъ лѣтъ и славы:
Обломки, грозный валъ, поросшій злакомъ ровъ,
Столбы и ветхій мостъ съ чугунными цѣпями,
Твердыни мшистыя съ гранитными зубцами
И длинный рядъ гробовъ.

Все тихо. Мертвый сонъ въ обители глухой.
Но здѣсь живетъ воспоминанье,
И путникъ, опершись на камень гробовой,
Вкушаетъ сладкое мечтанье.
Тамъ, тамъ, гдѣ вьется плющъ по лѣстницѣ крутой,
И вѣтръ колышетъ стебль изсохшія полыни,
Гдѣ мѣсяцъ осребрилъ угрюмыя твердыни
Надъ спящею водой,

Тамъ воинъ нѣкогда, Одена храбрый внукъ,
Въ бояхъ приморскихъ посѣдѣлый,
Готовилъ сына въ брань и стрѣлъ пернатыхъ пукъ,
Броню завѣтну, мечъ тяжелый
Онъ юношѣ вручилъ израненой рукой
И громко восклицалъ, подъявъ дрожащи длани:
«Тебѣ онъ обреченъ, о богъ, властитель брани,
«Всегда, и всюду твой!

«А ты, мой сынъ, клянись мечемъ своихъ отцовъ
«И Гелы клятвою кровавой
«На западныхъ струяхъ быть ужасомъ враговъ
«Иль пасть, какъ предки пали, съ славой!»
И пылкій юноша мечъ прадѣдовъ лобзалъ
И къ персямъ прижималъ родительскія длани
И въ радости, какъ конь, при звукѣ новой брани,
Кипѣлъ и трепеталъ

Война, война врагамъ отеческой земли!
Суда на утро возшумѣли,
Запѣнились моря, и быстры корабли
На крыльяхъ бури полетѣли.
Въ долинахъ Нейстріи раздался браней громъ,
Туманный Альбіонъ изъ края въ край пылаетъ,
И Гела день и ночь въ Валгаллу провождаетъ
Погибшихъ блѣдный сонмъ.

Ахъ, юноша, спѣши къ отеческимъ брегамъ,
Назадъ лети съ добычей бранной!
Ужь вѣетъ кроткій вѣтръ во слѣдъ твоимъ судамъ,
Герой, побѣдою избранной!
Ужь скальды пиршество готовятъ на холмахъ.
Зри: дубы въ пламени[4], въ сосудахъ медъ сверкаетъ,
И вѣстникъ радости отцамъ провозглашаетъ
Побѣды на моряхъ.

Здѣсь въ мирной пристани, съ денницей золотой
Тебя невѣста ожидаетъ,
Къ тебѣ, о юноша, слезами и мольбой,
Боговъ на милость преклоняетъ.
Но вотъ въ туманѣ тамъ, какъ стая лебедей,
Бѣлѣютъ корабли, несомые волнами...
О, вѣй, попутный вѣтръ, вѣй тихими устами
Въ вѣтрила кораблей!

Суда у береговъ; на нихъ уже герой
Съ добычей женъ иноплеменныхъ;
Къ нему спѣшитъ отецъ съ невѣстою младой
И лики скальдовъ вдохновенныхъ.
Красавица стоитъ безмолвствуя, въ слезахъ,
Едва на жениха взглянуть украдкой смѣетъ,
Потупя ясный взоръ, краснѣетъ и блѣднѣетъ,
Какъ мѣсяцъ въ небесахъ....

10 И тамъ, гдѣ камней рядъ, сѣдымъ одѣтый мхомъ,
Помостъ обрушенный являетъ,
Повременно сова въ безмолвіи ночномъ
Пустыню крикомъ оглашаетъ,
Тамъ чаши радости стучали по столамъ,
Тамъ храбрые кругомъ съ друзьями ликовали,
Тамъ скальды пѣли брань, и персты ихъ летали
По пламеннымъ струнамъ,

11 Тамъ пѣли звукъ мечей и свистъ пернатыхъ стрѣлъ,
И трескъ щитовъ, и громъ ударовъ,
Кипящу брань среди опустошенныхъ селъ
И грады въ заревѣ пожаровъ;
Тамъ старцы жадный слухъ склоняли къ пѣснѣ сей,
Сосуды полные въ десницахъ ихъ дрожали,
И гордыя сердца съ восторгомъ вспоминали
О славѣ юныхъ дней...

12 Но все покрыто здѣсь угрюмой ночи мглой,
Все время въ прахъ преобратило!
Гдѣ прежде скальдъ гремѣлъ на арфѣ золотой,
Тамъ вѣтеръ свищетъ лишь уныло!
Гдѣ храбрый ликовалъ съ дружиною своей,
Гдѣ жертвовалъ виномъ отцу и богу брани,
Тамъ дремлютъ притаясь двѣ трепетныя лани
До утреннихъ лучей.[5]

13 Гдѣ жь вы, о сильные, вы, Галловъ бичъ и страхъ,
Земель полнощныхъ исполины,
Роальда спутники, на бренныхъ челнокахъ
Протекши дальнія пучины?
Гдѣ вы, отважныя толпы богатырей,
Вы, дикіе сыны и брани, и свободы,
Возникшіе въ снѣгахъ, средь ужасовъ природы,
Средь копій, средь мечей?

14 Погибли сильные! Но странникъ въ сихъ мѣстахъ
Не тщетно камни вопрошаетъ
И руны тайныя, преданья на скалахъ[6]
Угрюмой древности читаетъ.
Оратай ближнихъ селъ, склонясь на посохъ свой,
Гласитъ ему: «Смотри, о сынъ иноплеменный,
«Здѣсь тлѣютъ праотцевъ останки драгоцѣнны,
«Почти ихъ гробъ святой!»


1814

Примѣчанія

  1. по основному мотиву и нѣкоторымъ отдѣльнымъ частямъ, составляетъ подражаніе извѣстному стихотворенію Фр. Маттисона: „Elegie. In den Ruinen eines alten Bergschlosses geschrieben“. Различіе въ содержаніи двухъ піесъ видно уже изъ того, что Маттисонъ, въ своей элегіи, вспоминаетъ о рыцарскомъ періодѣ средневѣковой Германіи, а Батюшковъ — о скандинавскихъ витязяхъ. Все прочее у нѣмецкаго поэта состоитъ изъ чувствительныхъ сѣтованій о бренности дѣлъ человѣческихъ.
  2. Батюшковъ посѣтилъ Швецію лѣтомъ въ 1814 г., и безъ сомнѣнія, къ этому времени должно быть пріурочено написаніе этого стихотворенія.
  3. Напечатано:
    1) въ Пантеонѣ русской поэзіи, ч. II, стр. 217—223;
    2) въ Образцовыхъ Сочиненіяхъ, 1-е изд., ч. V, стр. 124—126;
    3) въ Опытахъ, ч. II, стр. 11—18;
    4) въ Сочиненіяхъ, изд. 1834, ч. II, стр. 12—16;
    5) въ Сочиненіяхъ, изд. 1850, т. II, стр. 18—23.
  4. Въ Опытахъ:

    Ужь дубы въ пламени

  5. Въ Опытахъ:

    Иль слышенъ вой звѣрей.

  6. Въ Опытахъ:

    И руны тайныя, останки на скалахъ


  Это произведение перешло в общественное достояние в России согласно ст. 1281 ГК РФ, и в странах, где срок охраны авторского права действует на протяжении жизни автора плюс 70 лет или менее.

Если произведение является переводом, или иным производным произведением, или создано в соавторстве, то срок действия исключительного авторского права истёк для всех авторов оригинала и перевода.