1


Весь день — как день: трудов исполнен малых
     И мелочных забот.
Их вереница мимо глаз усталых
     Ненужно проплывет.

Волнуешься, — а в глубине покорный:
     Не выгорит — и пусть.
На дне твоей души, безрадостной и чёрной,
     Безверие и грусть.

И к вечеру отхлынет вереница
     Твоих дневных забот.
Когда ж в морозный мрак засмотрится столица
     И полночь пропоет, —

И рад бы ты уснуть, но — страшная минута!
     Средь всяких прочих дум —
Бессмысленность всех дел, безрадостность уюта
     Придут тебе на ум.

И тихая тоска сожмет так нежно горло:
     Ни охнуть, ни вздохнуть,
Как будто ночь на всё проклятие простерла,
     Сам дьявол сел на грудь!

Ты вскочишь и бежишь на улицы глухие,
     Но некому помочь:
Куда ни повернись — глядит в глаза пустые
     И провожает — ночь.

Там ветер над тобой на сквозняках простонет
     До бледного утра;
Городовой, чтоб не заснуть, отгонит
     Бродягу от костра…

И, наконец, придет желанная усталость,
     И станет всё равно…
Что́? Совесть? Правда? Жизнь? Какая это малость!
     Ну, разве не смешно?


11 февраля 1914